Тем временем Тому, похоже, стало ясно, что встреча может добром не кончиться: я даже на расстоянии почуял его страх."
"Медведь, видимо, тоже почуял страх Тома – и кое-что ещё. У Тома в рюкзаке, судя по всему, был провиант, потому что медведь поднял голову, принюхался и сделал несколько шагов в его сторону.
– Пожалуй, самое время пальнуть по нему из перцового баллончика, – заметила Мия.
– А вдруг гризли от этого рассвирепеет – тогда точно хлопот не оберёшься, – возразил я.
– Я должна что-то сделать, – решительно заявила мама.
– Вы останетесь здесь, ясно?
И прежде чем мы успели возразить, она уже ускользнула светло-коричневой тенью.
Я понятия не имел, что она собирается предпринять, и невольно прижал уши, оскалился и тихонько мяукнул. Прижавшись друг к другу, мы с Мией ждали, что произойдёт. Мы оба знали, что гризли не только намного крупнее, но и значительно сильнее, чем пумы. В бою у нашей матери не было бы шансов против этого зверя.
Нимка подбежала к краю поляны, остановилась неподалёку от Тома и зашипела на медведя.
Это подействовало: великан замер и озадаченно повернулся к ней.
Тому бы сейчас отступить и убраться, пока гризли занят нашей матерью. Только мистер Рейнджер, на беду, словно оцепенел и пробормотал несколько слов, которые имеют отношение к человеческим выделениям. Что бы это значило? Ему что, вдруг приспичило? Во всяком случае он, похоже, не слишком обрадовался встрече с нашей мамой. Медведь колебался недолго: со вздыбленной шерстью и злобным рычанием он помчался вперёд – прямо на маму и Тома! Разрази меня гром!
Ш-ш-ш-ш! Том выхватил красный баллончик, и оттуда ударила длинная мутная струя.
Гризли, рыча, отшатнулся, повернул в сторону и поспешно ретировался. По крайней мере, от него удалось отделаться.
Но, к сожалению, маме тоже досталось: чихая и мяукая, она бежала к нам в укрытие:
– Чёрт побери, жжёт!
Она упала рядом с нами на живот и стала тереть лапами глаза. Чтобы ей помочь, я облизал ей морду. Плохая идея! Теперь у меня на языке пылал лесной пожар.
– Том, конечно, хороший парень, но ему следовало бы лучше прицелиться, – проворчала мама по пути к выступу скалы, под которым, наверное, до сих пор спал Ксамбер. – Не рассказывайте, пожалуйста, ничего отцу.
– Конечно, не будем, – пообещал я.
Однако папа всё равно заподозрил неладное, когда Нимка прыгнула в реку, чтобы избавиться от противного запаха. Надо было видеть её гримасы и слышать звуки, которые она издавала в холодной воде!..
