– Да, – ответил он, чуть задыхаясь.
– Я забыла вам утром передать, – она вошла и положила ему на стол какой-то конверт. Он посмотрел мельком и перевел взгляд на ее лицо. Она казалась совершенно невозмутимой, только щеки красные. Или они у нее всегда красные?..
– Может быть, кофе сделать?
– Спасибо, не нужно.
Варя пошла было вон, но остановилась на пороге.
– Марк Анатольевич, у вас дверь на балкон открыта. Простудитесь.
Он быстро оглянулся. Дверь была распахнута настежь, штора шевелилась от ветра. Он встал, решительным шагом дошел до дверей и захлопнул их.
Варя все стояла.
– Вы что-то хотели мне сказать?
– Нет-нет, – спохватилась она. – Ничего.
Волошин остался один. Сидеть он совсем не мог, вскочил и начал ходить. Ходить было особенно негде, в середине кабинета была ступенька, придуманная дизайнером для какого-то там «разделения пространства», вот об «разделение» это он теперь все время спотыкался, и мысли спотыкались тоже."
"…Что она могла там искать?! Да еще так уверенно, так… по-хозяйски?! Те самые бумаги? Зачем они ей?! Да она и не может о них знать! Тогда что? Деньги? Ценности? Забытые Разлоговым часы «Франк Мюллер»?! Именно она, эта самая Варя, позвонила ему среди ночи и сказала, что ключ от сейфа не подходит.
Он тогда примчался проверять, и выяснилось, что не подходят оба ключа – тот, что был в кармане Волошина, не подходил тоже! Он долго не мог сообразить, в чем дело, и тут она позвонила снова и рассказала, что кто-то сообщил ей о том, что Разлогов убит. Но при чем тут она, ведь она… никто! Просто секретарша и не может иметь отношения ни к чему!.
. Или может? Историй про корпоративный шпионаж Волошин знал множество и знал, что большинство таких историй – чистой воды выдумка для детективных романов. Если она не работает на конкурентов, но тем не менее копается в разлоговском столе, как в своем собственном, значит, ей что-то известно. Что ей может быть известно?
Он все ходил, спотыкался и думал.
Надо бы запросить в отделе кадров ее личное дело. Надо выяснить, откуда она пришла.
Надо…
Зажужжал зуммер, и Волошин посмотрел на аппарат. Вызывала его секретарша Варя, о которой он думал так напряженно.
– Да.
– Марк Анатольевич, к вам Елена Степанова.
– Кто такая Елена Степанова?!
Почему-то вместо того, чтобы внятно и четко ответить на вопрос, как и полагается секретарше, Варя прошелестела в трубку:
– Одну секундочку, пожалуйста.
– Пожалуйста, – сказал Волошин смолкшему аппарату, и через эту самую секундочку в дверь постучали.
