Моя!
В душ я, всё-таки, сходила, помылась сама и принесла мокрое полотенце, чтобы обтереть его бедра и пресс.
– Кать, если ты не прекратишь наглаживать меня, то придется тебе опять ублажать меня, – усмехнулся он.
– Вот уж напугал, так напугал, – фыркнула я, – но ты прав, завтра же на работу не встанем. Давай спать.
– Слушаюсь и повинуюсь, моя госпожа! – рассмеялся он и притянул меня к себе.
Глава 17"
"После той нашей встречи с Элиной, она больше не напоминала о себе. Миша перевез свои вещи ко мне через месяц, незадолго до Нового года.
И только когда он перевез свои вещи ко мне, я вспомнила, о чём хотела спросить его тогда.
– Миш, а что такого было в том альбоме, и почему он хранился у Элины?
Мы сидели в гостиной на нашем большом диване. В камине трещали дрова. В этом году снег выпал неожиданно, в середине ноября, и больше не таял. На Землю пришла зима.
– Это альбом моих родителей. Это наша семейная история. А хранился он у неё потому, что у меня в квартире был ремонт. Ей захотелось изменить спальню.
Я боялся, что с ремонтом альбом потеряется.
Ага. Вот неспроста мне показалось, что спальня была переделана. Выбивалась она из общего дизайна.
– Миш, а можно мне посмотреть альбом?
– Тебе, и правда, интересно?
– Конечно!
Альбом был в добротной кожаной обложке, потемневшей от времени. Он был сделан с любовью. Фотографии аккуратно приклеены и под каждой было пояснение и дата. Начинался он с совместного фото мужчины и женщины. Мужчина был крупным, женщина, сидевшая у него на коленях маленькая и хрупкая.
– Родители, – пояснил Миша, – это их первое совместное фото. Они встретились в общей компании и больше не расставались.
Она сидела у него на коленях, боком к снимающему, закинув одну руку ему на шею, он сцепил руки замком у неё на талии. Они смотрели друг на друга и улыбались.
– Миша, какая у тебя мама красивая! Какие волосы у нее шикарные. И папа такой богатырь!
– Да, отец всегда говорил, что я на маму похож, – он погладил фото. И столько в этом жесте было любви и нежности, что я вдруг поняла, КАК ему их не хватает.
Я перелистывала медленно, Миша рассказывал. Вот он смешной бутуз у мамы на коленях. Вот такое же фото, но через год. Взгляд серьезный и внимательный.
На всех фото, где были оба родителя, они были не просто рядом друг с другом, они были вместе, единым целым. Всегда объятия или просто вот держатся за руки, отец смотрит на маму, а она, смеясь, смотрит на сына. Каждое фото дышало любовью.
