Когда Макинтош наконец-то вернулся в свой кабинет, раздался звонок телефона, и голос сотрудника, в чьем ведении находилось местное СИЗО, расположенное в том же здании, сообщил:
– У нас ЧП. Убит Бубнов.
Иосиф Стефанович приказал начальнику следственного изолятора немедленно подняться к нему в кабинет и доложить подробности.
Тут придется сделать небольшое отступление и рассказать о Валентине Николаевиче Григорьеве, тогдашнем заместителе Макинтоша.
Глава 34
Григорьев был исполнительным, слегка туповатым сотрудником, обладающим непомерным честолюбием – он мечтал сделать успешную карьеру.
Пять лет назад Валя работал в милиции, а потом весьма удачно женился на дочери высокопоставленного человека. Тесть стал активно помогать зятю, перевел на другое место службы, и Валентин стал заместителем Иосифа Стефановича. Макинтош терпеть не мог Григорьева, высшее руководство тоже не испытывало восторга от Валентина Николаевича. Но, как понимаете, на каждого, даже большого начальника есть еще больший. Иосиф прекрасно понимал, что заместитель хочет сесть в его кресло, а Григорьев изо всех сил старался подставить Макинтоша.
Об операции по внедрению Заремы Григорьев не знал, но среди сотрудников были люди, желавшие подружиться с Валентином, заручиться его покровительством и активно не любившие слишком требовательного, нетерпимого к чужим ошибкам Макинтоша. Наушники Григорьева тоже понятия не имели о планах в отношении Агабишевой, но кто-то шепнул Валентину, что Иосиф Стефанович поймал крупную рыбу, накрыл террористическую студенческую организацию и сейчас пытается расколоть ее членов.
Карьерист заволновался, пошел к Иосифу в кабинет, чтобы узнать подробности и возмутиться, почему его, второе лицо в отделе, не проинформировали о задержании. А там выяснил, что Макинтош пять минут назад ушел на совещание, и решил, нарушив служебную инструкцию, сам поговорить с террористами.
На беду, первым на допрос он вызвал Бубнова, и Павел спел ему ту же песню, что Иосифу. Григорьев потер руки, продиктовал парню нужные показания.
Потом стал кричать на остальных:
– Говори правду, иначе никогда солнца не увидишь! Твой товарищ Бубнов вас всех уже сдал!
Но перепуганный насмерть, заикающийся Крапивин, Рита Пескова, Оля Казакова, Никита Рязанцев и Василий начисто отрицали наличие террористической организации, в один голос твердили:
– Зарема ничем таким не занималась, мы просто дружим, в кино вместе ходим."
"Григорьев, не ожидавший от сопляков подобного поведения, рассвирепел.
