Дети в лагере голодали, поэтому они переставали расти. В сорок пятом году Анне исполнилось десять лет, но она выглядела на шесть. Бернадет солгала тем, кто выписывал узникам документы:
– Я родила девочку в вагоне по дороге в лагерь, мне удалось спрятать и выкормить ее, случилось чудо, новорожденную не нашли, не убили, не зарегистрировали в администрации."
"В суматохе, которая царила в лагере после того, как оттуда сбежало все местное начальство, происхождение малышки, свободно говорившей на французском и называвшей мадам Леру мамой, не вызвало ни малейших сомнений, ей вручили справку об освобождении.
Бернадет приехала в Париж, сделала девочке документы, поселилась в шестом округе и постаралась забыть пережитый ужас. Анна пошла в школу, она забыла русский язык, но помнила, что родилась в Москве и что у нее есть сестра. Бернадет не собиралась замуж, рожать детей она не хотела, а Анна мечтала узнать, что случилось с Еленой, и в конце концов учительница через Красный Крест выяснила судьбу старшей девочки. Елена вполне счастливо жила в Москве.
Родители Маковецких не погибли на войне, у них рос трехлетний сынишка Сережа.
В 50-е годы СССР существовал обособленно от всего мира, но когда Аня и Лена придумали, как им воссоединиться, Сталин уже умер, состоялся знаменитый съезд компартии, на котором Никита Хрущев прочитал доклад об осуждении культа личности. В воздухе запахло большими переменами, советские люди начали выезжать в зарубежные командировки на Запад. Но в России тех лет было мало мужчин и женщин, свободно говоривших на иностранных языках, переводчики ценились на вес золота.
А Елена, находившаяся пять лет в заключении в интернациональном бараке, свободно овладела немецким, польским и французским. Лена категорически не хотела жить в Москве, она любила Владимира и понимала, что тот не может развестись с женой. В СССР в те времена разрушить брак было труднее, чем в католической Италии, но если ее возлюбленный все-таки решится на развод, то Иванова выгонят с работы, он никогда не устроится на приличную службу.
И когда они поженятся, жить им в вечной нищете. На родине у влюбленных счастья не будет. Выход один: сбежать к Анне, которая ждала сестру.
Бернадет уговорила журналиста из «Юманите», центрального печатного органа компартии Франции, часто летавшего в СССР в командировки, передавать письма Лене. Это была целая операция, которая закончилась благополучно.
Когда Владимир и Лена попросили политического убежища, к ним сразу примчались корреспонденты.
