На что был готов пойти… Мерзавец!
— Поэтому ты здесь всё сжёг? — скривилась, напоминая ему о том, что совершил уже после потери памяти.
Ответ я так от него и не услышала. Он сидел, задумчиво смотря в одну точку. А мне это дало возможность перевести дух и заставить себя успокоиться, чтобы не наломать еще больше дров.
— Насколько хорошо ты меня знаешь? — после затянувшейся паузы спросил меня он.
— Настолько, что хочется прикончить, — прошептала, не скрывая своих истинных желаний. — Ты лишил меня самого дорогого.
Он здесь.
Это ничтожество дышит… Существует… в то время как любимого больше нет.
— Мне жаль, — качнул головой дьявол, поднимаясь со скрипучего стула. — Но я ничего не помню.
— Зато я прекрасно всё помню. Хотелось бы и мне вот также… всё забыть, — произнесла с неприкрытой завистью.
— Поверь, это неприятно, — скривился, поворачиваясь ко мне спиной.
— Неприятно… Это ничто по сравнению с тем, что чувствую сейчас я, — проговорила, вкладывая в слова всю свою боль.
— Зачем ты здесь? — резко повернулся ко мне, затягивая своим взглядом в бездонную пропасть.
— Фостеры, — ответила ему сухо. — Я искала могилу. Только вчера узнала, что их больше нет.
— Кем ты была для них? — неожиданно спросил меня.
Кем? Разве я могла произнести это вслух? Воспоминания вызывали во мне дрожь, а говорить вслух было невыносимо.
— Всё сложно. Я не хочу с тобой говорить об этом.
Он был последним человеком, с кем хотелось это обсуждать. Никогда…
— Там у могилы…ты рыдала. Несложно догадаться, что связывало вас, — произнёс то, на что не осмелилась я.
— Ты любила их?
Любила! Безумно! И сейчас чувствовала тоже самое, смотря в лицо тому, который, несмотря на множественные ожоги и густую черную щетину, оставался копией Ричарда.
— Только одного, — ответила, сглотнув спазм, сковавший горло. — А теперь его нет. По твоей вине… ненавижу тебя. Ублюдок!
Придерживая живот, соскочила с кровати и покинула хижину.
Спустя несколько минут я сидела в машине брата, которой воспользовалась, чтобы добраться до поместья Фостеров.
Сердце, как одержимое, стучало под рёбрами. Не могла унять его, как бы не пыталась.
Я сделала то, что хотела, но покоя так и не обрела.
Меня снова тянуло обратно. Хотелось побыть ещё какое-то время у могилы любимого, но нужно было возвращаться. Брат, должно быть, искал меня. Переживал. Я не могла больше задержаться.
Предварительно позвонив Джастину, сообщив, где нахожусь, завела мотор двигателя и отправилась обратно.
В квартире меня ожидали двое.
