Можно себе представить, до какой ручки доходят изголодавшиеся по женской плоти мужики, если и впрямь не брезгуют даже низшими заражёнными."
"Так что в том, что убивать её не станут, Шпилька была практически уверена. А вот в том, что с неё не начнут срывать одежду прямо сейчас — нет. И с этим надо было срочно что-то делать, потому что становиться подстилкой для муров она не собиралась ни при каких обстоятельствах.
Пока, правда, единственное, что было ей под силу — это лежать, делать вид, что до сих пор не пришла в себя, и прислушиваться.
Муров было трое.
— Сыч, да чё ты бздишь, я не пойму? Давай мы её ща по быстрому в корму, никто и не узнает. Врежем пару раз, чтоб молчала… — чуть ли не с мольбой в голосе говорил тот, что уже угостил Шпильку прикладом по скуле.
— Сыч, Леший верно балакает, — вторил ему другой мур. — Чё ты не как человек, а? Если тебе не надо, другим тоже не положено, что ли?
— Заткнулись оба, — тихо отвечал им третий голос, принадлежавший, по всей видимости Сычу.
И вот этот голос Шпильке особенно не нравился. Он был, мягко говоря, странный. Какой-то мурлычуще-урчащий и в то же время напряжённый, словно его владельцу тяжело было выговаривать слова.
— Да чё заткнулись-то сразу? Сыч, образина ты мерзкая, да она наша по праву. Мы бабу нашли, мы первые её и…
— Заткнулись, я сказал, — не повышая голоса, повторил Сыч. — Пахан сказал — баб первым делом к нему, и чтоб пальцем не тронули. Кто не сдержится — сам бабой в бордель пойдёт.
Шпилька незаметно выдохнула — время, чтоб придумать, как выбраться, ещё есть.
— Пахан сам пусть по кластерам погоняет! Чё это ему такая честь первым баб новых щупать, если он ничего для их поимки не дела…
Возмущение оборвалось на полуслове — трудно продолжать говорить, когда в лицо тебе прилетает чей-нибудь кулак.
— Смак?
— Да ладно, Сыч, понял я, понял, — сразу пошёл не попятную второй мур. — Всё, вопросов не имею, тащим в стаб её. Банщика только жалко, что, если и вправду она его?
— Не она.
Банщик то ли сдуру на рапана попал, то ли решил поохотиться на него в одиночку. И проиграл. А баба просто вовремя рядом оказалась, вот и всё. Кто-то уже научил её, как надо заражённых мочить.
— Как скажешь, Сыч, ты тут главный. Только всё равно Леший прав — мы нашли, нам её первыми и иметь. Общей потом станет.
— Пахану поноешь, когда вернёмся, — так же спокойно откликнулся Сыч. — Расскажешь, что он думает по этому поводу… если выживешь. Всё, грузим бабу.
