Мне всегда казалось, что каменные стены Замка, обвитые ползучими растениями, давят на меня своей массивностью. Но вместе с тем, эти же самые стены в Улье служили гарантией безопасности. Несомненно, приятно находиться в месте, куда с наскоку ни одна стая или орда заражённых не попадёт, но и необходимость сидеть тут фактически взаперти тяготила меня.
Почти всё время, которое я провёл в Улье, мне приходилось куда-то ехать, убегать, догонять, охотится, прятаться или сидеть в засаде. Казалось, попади я в нормальные условия, хоть немного похожие на жизнь до Улья — буду счастлив, как никто.
И вот я здесь, на правах студента. Меня учат не за страх, а за совесть, охраняют, кстати, также, кормят от пуза, выделяют живуна столько, что хоть упейся. Комнату выдали, не люкс, конечно, зато свою, отдельную от всех.
И… Отчего я не счастлив?
После занятий хотелось увидеться и перекинуться парой слов с теми, кого считал друзьями. Но Аня, заметив меня, поспешно свернула в другой коридор, чтоб избежать встречи.
Лакшери, стоявшая у окна и задумчиво смотревшая вдаль, лишь холодно кивнула в ответ на мое приветствие и тут же отвернулась, показывая всем видом, что разговор закончен.
Чувствуя, как внутри поднимается лёгкое разочарование, я медленно спускался по ступеням, пытаясь понять, чем заслужил такое отношение. Неужели наша связь настолько хрупка, что может разрушиться из-за надуманных обид и истерик?
— Эй, Орк! — гулкий голос Али вывел меня из задумчивости.
Я обернулся и увидел здоровяка, который, улыбаясь, подходил ко мне.
Его широкие плечи и спокойная походка всегда внушали доверие.
— Вижу, девчонки тебя игнорируют, — заметил он, кивая в сторону исчезнувшей Ани.
— Похоже на то, — вздохнул я. — Не понимаю, что происходит.
Али похлопал меня по спине.
— Не бери в голову, брат. Бабы — они такие. То смеются, то плачут без причины. Никогда не разберешь, что у них на уме.
Я усмехнулся, но разговор мне продолжать не хотелось.
— Может, ты и прав. Но всё же неприятно.
Али загадочно подмигнул.
— Не переживай. У них свои причины, которые им кажутся важными. А ты просто будь самим собой. Всё образуется.
Если чему меня жизнь и научила, так это тому, что само по себе никогда ничего не образуется. Само по себе может только усугубиться.
— Спасибо, Али, — тем не менее кивнул я.
— Всегда рад помочь, — Али повернулся, собираясь уйти, но вдруг обернулся. — И помни: иногда молчание — лучший ответ.
С этими словами он скрылся за поворотом.
