Горничная, которая, оказывается, крутила амурные дела с конюхом, привезла сразу три трупа — двух молодых крестьянских девиц и парня. На удивлённый взгляд графини пояснила, что они с конюхом тоже хотят бежать вместе с госпожой, поскольку граф упорно запрещает им пожениться. И если не обставить всё так, словно они погибли все вместе, то их хватятся. А там недолго будет выяснить, что и графиня тоже не погибла.
Труп первой девицы переодели в платье графини, нацепили любимые её украшения и уложили в постель.
Рядом, в кресле, посадили второй. Мужской труп положили у двери. Дабы не пострадали другие слуги, конюх организовал пожар в конюшне и, когда все бросились его тушить, поджог и господский дом. Ольга Анваровна в это время в сопровождении верной горничной уже покидала имение через чёрный выход.
Бежали всю ночь. До утра сумели уйти достаточно далеко, а утром, едва только небо на восходе слегка просветлело, решили немного передохнуть на лесной опушке. Однако погода вдруг стремительно испортилась.
Лёгкий ветерок, колыхавший вершины деревьев, стих, небо заволокло тучами, послышался гром. Но вместо ожидаемого дождя на землю опустился туман — такой густой, что не видно стало даже собственной вытянутой горизонтально руки.
Однако непогода длилась недолго, и всего через несколько минут снова выглянуло холодное осеннее солнце. Отдохнув, графиня со слугами продолжила путь.
Их никто не преследовал, а это значило, что огонь в господском доме уничтожил все возможные следы побега, и Ольга Анваровна, наконец, смогла вздохнуть свободно.
Она держала путь на восток, в родные края и как можно дальше от столицы и дворянского сословья. Дальнейшую жизнь она намеревалась вести скромную и счастливую. Предвкушая долгожданную свободу, графиня испытывала невероятный подъём сил и уже планировала, как где-нибудь на окраине страны откроет своё небольшое дело, которым и будет кормиться до конца своих дней. Но уже на следующий день горничная внезапно заурчала и бросилась на графиню.
Так Ольга Анваровна оказалась в Улье…"
"Глава 6"
"Возвращение прошло незамеченным. В основном потому, что ни Аня, ни Лакшери не пошли к себе, а намылились со мной, в подвал.
— Орк, я точно знаю, что у тебя где-то принычена бутылка, — заявила мне азиатка. — Не знаю, как тебе, а нам с Лаки точно нужно выпить.
Я спорить опять не стал. Во-первых, устал настолько, что просто находился в состоянии полнейшего равнодушия.
