Сектанты могли бы устроить засаду, подготовить ловушку, погоню. Что угодно… А тут ветер гуляет. Я коротко кивнул Марлину:
— Уходим. Немедленно. Мы тут вроде всё уже увидели, давайте к своим.
— Но, Орк… — начала Гадюка. — А вдруг мы упустим шанс получить информацию?
Марлин покачал головой.
— Орк прав. Мы видели, что тут никого нет. В этом была задача нашей группы. Если не хотим превратиться в кровавое подношение, идём. Быстро."
"Глава 44"
"Гадюка промолчала, но явно была не согласна с приказом командира группы.
Марлин лишь сжал губы и кивнул, тоже чуя холодное дыхание опасности. Мы тихо, как и пришли, поспешили на выход из этого гнусного места.
Я шёл, размышляя о встрече с Марианой. Ей свои вырезали глаза и оставили на съедение в этом сером кластере. Может, стоило облегчить ей страдания? Ольга считала, что для килдингов она представляет ценность. А тут — вот она. Сидит безглазая и поломанная, никому больше не нужная. И это та, которая выкрала Слезу Солнца и знала, где её спрятала. Что-то слишком много странностей…
Мы почти вышли из круга Реликта, когда повеял резкий, холодный ветер.
Тусклое небо над нами затянуло низкими тяжёлыми тучами, в которых то и дело мелькали багровые полосы молний. Но грома не было. Всё говорило о том, что серый кластер готовится к своей перезагрузке или, как минимум, затевает очередную каверзу. Ускоряя шаг, я не мог избавиться от гнетущего предчувствия — что бы ни происходило здесь, нас явно подталкивали и вели к чему-то, чего я пока не понимаю.
Показали Марианну — словно приманку на рыболовном крючке…
Мне чудилось, что за этими каменными лабиринтами может быть полно бегунов или заражённых под контролем сектантов. В груди сердце колотилось на повышенных оборотах, но я заставлял себя сохранять внешнее спокойствие. Если остальные заметят растерянность «специалиста по Реликтам», то что они подумают?
— Орк, нам сюда, — прошипела Гадюка, указывая на боковой коридор, — выход вон там, где мы пришли.
— Ага, идём.
Мы почти добрались до грубо вытесанного проёма, похожего на узкий каньон между скал и каменных плит.
Но я увидел краем глаза что-то, колышущееся в темноте — как будто тень сливается с камнем. А потом тот чуть дрогнул. Возможно, это была всего лишь игра света. Однако я физически ощутил в воздухе чужое присутствие — хищное, тяжёлое, как медвежий оскал. Чувство опасности взвыло внутри. Повернулся, проверяя тыл.
— Вперёд, — прошипел я то ли неосознанно, то ли инстинктивно.
