Может быть, я навещу вас завтра часов в одиннадцать утра?
— Разумеется! — она захихикала, как школьница, чем заставила Петтерсона недовольно поморщиться. Он вел все дела старой леди вот уже на протяжении четырех лет, и она сидела у него в печенке. «О’кей, — часто говорил он себе, — она стара, так что простим ей некоторые отклонения в психике, но почему она ведет себя, словно звезда экрана? Она совершенно непривлекательна, а здесь еще этот чертов девичий смех!»
— Прекрасно, миссис Морели-Джонсон. Когда мисс Олдхилл должна приступить к своим обязанностям?
— Она уже приступила к ним.
"
"Петтерсон нахмурился. Это была не очень хорошая новость. Если Шейла будет все время со старой леди, как же остаться с ней наедине?
— Как вы хотите, чтобы я расплачивался с ней — еженедельно или ежемесячно?
— У девушки совершенно нет денег. Отец ничего не оставил ей. Она сообщила, что отец завещал все деньга дому престарелых музыкантов. Для меня это было несколько удивительно… Я не думала, что он настолько эксцентричен.
Но музыканты все такие… я тоже эксцентричная особа. — Снова послышалось девичье хихиканье, заставившее Петтерсона сжать зубы. — Поэтому я решила сама рассчитываться с мисс Олдхилл. Я выделю ей небольшую сумму в качестве аванса, чтобы она могла купить себе одежду. Она слишком просто одета. Вы же знаете класс людей, которые живут в моем отеле. Они придают очень большое значение тому, как одевается человек. Так что вам не надо ни о чем беспокоиться, Крис. Вы и без того достаточно потрудились для меня.
Глаза Петтерсона сузились, когда он это услышал. Да, эта особа далеко пойдет, так как работает быстро. Не исключено, что она уже вышла из-под его контроля. Он был уверен, что именно она уговорила старую леди на эти новшества. За все четыре года именно он постоянно расплачивался с экономками старой леди.
— Нет проблем! — Петтерсон сделал немалое усилие, чтобы его голос звучал спокойно. — Итак, я приеду к вам завтра утром, миссис Морели-Джонсон. Может быть, вам что-нибудь привезти?
— Ах да, я только сейчас вспомнила, — последовала продолжительная пауза, затем она продолжила: — Вы не могли бы привезти мне пять тысяч долларов наличными?
Петтерсон некоторое время никак не мог понять, что она сказала.
Он наклонился вперед, его плечи поникли, рука крепче сжала трубку телефона.
— Вы сказали пять тысяч долларов, миссис Морели-Джонсон?
— Да, пожалуйста. Мне кажется, я должна иметь под рукой больше наличных. Надоело все время расплачиваться чеками.
