– Я вон скобы да подковы с вилами готовил, а ты механику хитрую. А она завсегда дороже стоит. Вот увидишь, купцы за твои замки в драку спорить станут.
И вот теперь, подъезжая к полю, выделенному властями Екатеринослава под ярмарку, парень то и дело вытягивал шею и пытался рассмотреть, что тут где и как оно всё устроено.
– Вон туда правь, – ткнул пальцем кузнец. – Кузнечные ряды завсегда там ставят.
– А оружейные? – тут же спросил Матвей, помня, что среди товара есть и оружие."
"– Там всё, что из железа делано, продают.
Езжай, не егози, – слегка осадил его кузнец.
Направляя в указанную сторону, Матвей с интересом присматривался, как власти устроили это торговое поле. Всё оказалось достаточно цивилизованно. Само поле заровняли и установили длинные ряды прилавков, к которым легко можно было подъехать на телеге. Выполняя указания отца, парень загнал дроги в нужные ряды и, остановившись в указанном месте, вопросительно посмотрел на кузнеца.
– Всё, Матвейка. Приехал, – усмехнулся мастер. – Ты конями займись, а я старшину базарного поищу.
Бумаги всякие получить надобно.
– Бать, а воров тут много? – на всякий случай уточнил парень, вспомнив, что в это время базарное воровство процветало.
– Бывают, – озадаченно кивнул мастер.
– И чего с ними делать можно? – не унимался Матвей.
– А чего это ты вдруг вскинулся? – не понял Григорий.
– Бать, ну ты ж знаешь, – скривился парень, постучав себя пальцем по лбу. – Вдруг поймать случится, да я его зашибу случаем. Сам знаешь, у меня не заржавеет.
– Ты полегче кулаками своими, – насупился кузнец.
– Бить можно. А более и не думай. Ежели только кто с ножом аль с кистенём будет. Вот тут кулакам твоим воля.
– Ага, выходит, коль я с голыми руками, то и пришибить не грех, – по-своему перевёл его слова Матвей.
– Ты чего это таким кровожадным стал? – вдруг озадачился Григорий. – Вроде не водилось за тобой такого.
– Да не кровожадный я, бать. Я понимать хочу, чего можно делать, а где край лежит, – отмахнувшись, тихо пояснил парень.
– Ага, никак Григорий Лютый приехавши, – раздался голос, и казаки, оглянувшись, увидели дородного крупного мужчину средних лет.
Добротно одетый, с широкой окладистой бородой и прямым пробором в заметно седых волосах.
– Доброго здоровьичка, господин старшина, – едва заметно усмехнулся кузнец, даже не делая попытки поклониться или снять папаху.
– Благодарствуй, Григорий. И тебе здоровья, – усмехнулся мужик в ответ. – А это что за молодец с тобой? Никак сын?
– Он и есть, – кивнул мастер.
