Нужно было привести в порядок себя и приготовиться к празднеству. Прихватив из сундука чистую одежду, парень прошёл в баню и, смыв с себя пыль и пот, переоделся. В хате его уже дожидался довольный и слегка хмельной отец. Окинув сына весёлым взглядом, Григорий поднялся из-за стола и, шагнув к парню, крепко обнял.
– Молодец, сынок. Не посрамил семьи, – негромко высказался кузнец, сжимая объятия так, что у Матвея рёбра хрустели.
– Говорила я тебе, Гриша, дай срок. Всё выправится, – не смогла промолчать Настасья, в свою очередь обнимая сына.
– Бать, а кем меня вписать-то решили? – отдышавшись, поинтересовался Матвей.
– На кого и учился. Пластун ты теперь, сынок, – вздохнул Григорий, явно недовольный таким решением старшин.
– Ну и хорошо. Пращур наш, Лютый, с того и начинал, – осторожно напомнил парень.
– Так он характерником был, Матвейка, – понимающе усмехнулся кузнец.
– Всё одно пластун, – отмахнулся парень. – Выходит, и тут по семейной стёжке иду.
– Ну, тоже верно, – вынужден был согласиться Григорий, почесав в затылке.
– Опасное это дело, сынок, – негромко всхлипнула Настасья.
– Жить опасно, мам. Меня, вон, на ровном месте шарахнуло так, что едва богу душу не отдал. Так что кому суждено быть повешенным, тот не утонет, – не уступил Матвей.
– И верно, не нагоняй тоску, мать, – преувеличенно сурово добавил кузнец. – Уймись, Настенька. Праздник у нас.
– Ой, вот ведь кулёма! – тут же подскочила женщина и, метнувшись на кухню, принялась там чем-то греметь. – Погодите, мужики. Сей же час всё будет, – раздался её голос, и Григорий заговорщицки подмигнул сыну.
* * *Сразу после весенних дождей и сева на подворье кузнеца началась большая стройка. В этом действе отметилась почти вся станица. Во всяком случае, её мужская половина. Даже мальчишки не остались в стороне. Навозив во двор глины, казаки нарубили соломы и принялись всё это смешивать голыми ногами. Матвей, отлично помня, что стены из такого материала держатся, пока за ними имеется уход, не поленился скататься в предгорья.
Пять дней в степи, и во дворе высилась куча ореховых и ивовых жердей, из которых парень принялся плести основу для стен.
За домом, где должна была встать пристройка, выкопали квадратную яму глубиной по колено, которую после Матвей засыпал мелким гравием. Чего ему стоило добыть эту крошку, отдельная сага. Пришлось срочно найти артель каменотёсов и узнать, где именно они добывают камень.
Глядя на старания парня, Григорий только в затылке удивлённо чесал, но спорить не стал.
