Райан оставляет меня позади и решительно направляется к флайеру. Олаф дергается в ту же сторону. Быстро иду наперерез и хватаю за рукав. Проклятый смотрит на меня с удивлением. Верно. Кто я, чтобы ему мешать или давать распоряжения?
— Райан сказал ждать его и не дергаться, — заявляю. — Всем понятно? — оглядываю остальных. Получаю в ответ кивки. Вот и хорошо.
Убедившись, что от банды ждать сюрпризов не стоит, превращаюсь в зрение и слух. С первым проблем нет, а вот второе подводит. Ни черта не слышно.
У флайера открывается дверца, и в снег спрыгивает мужчина в черной одежде.
Крупный. Спортивный. Неюный. Лет сорок, не младше. Лицо суровое, темные брови сдвинуты к переносице. Вижу, как “гость” тянется к кобуре на поясе при виде Кесседи. Хмурится еще больше. Теперь все мое внимание сосредоточено на оружии. Холодном, блестящем на солнце.
Райан подходит ближе. Что-то говорит. Мужчина смотрит недоверчиво. Говорит в ответ.
— Он ведь его не убьет? — шепчет Попс, оказавшийся возле меня.
— Не знаю, — отвечаю на автомате.
Вот черт. Одергиваю себя. — Конечно, нет."
"— Что, не хочешь этого дядьку в главари? — неожиданно зло высказывается Олаф.
Приподнимаю брови. Благо под кепкой не видно. Оказывается, я слишком плохо знаю банду. У Олафа есть чувство юмора. Мрачное, как и все в Нижнем мире. Но мне, определенно, близкое.
— Никто никого не убьет, — тем временем вставляет Рид. Кир, стоящий от него по правую руку интенсивно кивает. — Слишком много смертей за неделю.
Оставляю при себе готовое сорваться с языка замечание, что лимит смертей никем не фиксирован.
Кесседи и мужчина с оружием продолжают разговаривать. Черт, как же я хочу слышать их разговор!
“Верхний” указывает на нас свободной рукой. Райан качает головой. Что-то объясняет. Разговаривают — уже хорошо.
Заставляю себя отвернуться. Оглядываю Проклятых, чьи взгляды устремлены на место переговоров. Выдыхаю. Убираю волнение поглубже.
— Кто-нибудь уже видел флайеры вблизи? — спрашиваю.
Переглядываются.
— Откуда? — отвечает Рид за всех.
— Ты, что ли, видел? — басит Курт, сдвигая брови.
— Видел, — ошарашиваю. Удивляются. Не верят. — Летал, — дожимаю. Не спорят. Смотрят во все глаза. — Если Райан сейчас договорится, — продолжаю, — нам придется полететь вместе с этими людьми.
— Он договаривается с ними о работе? — подает голос Попс. В глазах восторг и предвкушение. — Мы будем работать на них, и они заберут нас отсюда?
— Ага. В волшебную страну, — бормочет Олаф.
Хм.
