Говорите о «сверхчувствительности, губительной хрупкости и возбудимости женской натуры». Моя дорогая, живи вы так же долго, как я, вы бы знали, что это просто избитые фразы, по большей части бессмысленные. Как правило, женщины менее чувствительны, чем мужчины. Многие представительницы вашего пола являют собой не что иное, как комки лимфы и жировой ткани, – инстинктов у таких женщин меньше, чем у бессловесных животных, а жестокости даже больше. Есть и иные – сложите изворотливость обезьяны и павлинье тщеславие, – у этих нет другой цели, кроме осуществления своих замыслов, причем всегда мелочных, пусть не совсем подлых.
Есть женщины тучные, чье существование – просто сон между ужином и чаем. Есть женщины с тонкими губами и острыми носами, и живут они только тем, что ссорятся из-за домашних неурядиц и вмешиваются в дела соседей. Есть кровожадные женщины с большими миндалевидными глазами, красивыми белыми руками и страстными красными губами, которые, не найдя кинжала или чаши с ядом, разрушат репутацию любого несколькими лениво брошенными словами, произнесенными с идеальной учтивостью.
Есть женщины скупые, что не упустят из вида даже обрезков сыра c огарками и спрячут мыло. Есть женщины злобные, их дыхание – кислота и яд. Есть легкомысленные – их болтовня и бессмысленное хихиканье так же пусты, как стук сухого гороха в барабане. На самом деле хрупкость женщин до крайности переоценена, а за вульгарность им никогда не воздается по заслугам. Я слышал, как они на публике декламировали то, на что не решился бы ни один мужчина, – например, «Рицпу» Теннисона.
Я знаю женщину, что спокойно произнесет каждую строчку этого стихотворения со всеми его неоднозначными намеками на глазах у всех и каждого, даже не пытаясь покраснеть. Уверяю вас, мужчины более хрупкие, чем женщины, они гораздо благороднее, гораздо свободнее во взглядах и щедрее в чувствах. Однако я не стану отрицать, что примерно четыре женщины на каждые двести пятьдесят могут быть и, возможно, являются образцами того, каким изначально и должен быть женский пол – они чистые сердцем, самоотверженные, спокойные и искренние, полные нежности и вдохновения.
Видит Бог, моя мать была именно такой и даже лучше! А сестра… Впрочем, давайте поговорим о вас. Вы любите музыку и, насколько я понимаю, профессиональный музыкант?
– Была когда-то, – ответила я, – пока состояние здоровья позволяло работать.
Гелиобас посмотрел на меня с дружеским сочувствием.
– Вы импровизировали и снова будете импровизировать, – продолжил он.
