"
"— Профессор Холодова, — услышав знакомый и уже ставший ненавистным голос, я обернулась, схватившись за сюртук Хаула, готовая, если что, спрятаться за этого гиганта. И да, к нам стремительно приближался тот самый ДолСоу, что вчера хотел меня заживо сжечь.
— Убежать варианты есть? — тихо одними губами спросила я.
— Вечно прятаться не сможешь. Делеу ДолСоу декан факультета стихийной магии и твой непосредственный начальник, — прибил меня к земле этой фразой ДартФао.
— Вот так свезло, — не удержалась я от сарказма.
— В действительности, у декана есть масса положительных сторон. Он сильный маг, хороший учитель, ну и…
— Бабник, каких поискать, — закончила я фразу за Хаула.
— Мда. Не без этого, но ты очень красива, — отвесил он мне очередной комплимент. — Так что его интерес можно понять.
Тем временем этот самый краснокожий кобель местного разлива, тот, который сильный маг и весь из себя замечательный декан, почти добрался до нашей застывшей статуей пары.
— Спасибо, студент ДартФао, — расплылся он в слащавой улыбке, обратившись к некроманту, — что показали прекрасной Ирине…
— Профессору Холодовой, — нетактично перебила я его.
— Что? — не понял начальственный кобель мой жирный намек.
— Для вас, декан ДолСоу, я профессор Холодова, — выдала я, а сама осторожно на шажочек к Хаулу ближе встала. Ну, мало ли что. Переклинит еще этого неадекватного и решит, что вчера таки меня не дожарил.
— Конечно, Ирина, — вновь расплылся ""вождь краснокожих"" в улыбке, — на работе, естественно, я буду обращаться официально, а так…
— Только профессор Холодова, — я нарисовала на лице просто зверское выражение.
А если вспомнить, что этот гад вчера хотел со мной сделать, так еще и оскалиться в улыбке не лишним будет.
Декан все понял моментально. Вся любезность с его лица слетела и растаяла, как дымка поутру. Теперь на меня серьезными глазами смотрел еще молодой очень привлекательный мужчина. Приподняв подбородок, он смерил меня таким взглядом, что в пору было закопаться где-нибудь под деревом.
Видела я уже такое выражение у мамочки моего бывшего жениха Алешеньки. Его родительница считала себя потомком дворян и вела себя с людьми соответственно.
— Дайте-ка, я угадаю, — не выдержала я, — аристократ!
Хаул странно хохотнул.
— А в вашем мире не принято выказывать уважение аристократии? — надменно произнес ДолСоу.
— Ну, за весь мир не скажу, а в моей стране нет, — мило улыбнувшись, процедила я почти дружелюбно.
— Почему же? — о да, я ждала этот вопрос.
