Я поступлю в Академию, а он, скорее всего, не наберёт достаточно баллов, так что после выпускного наши пути разойдутся.
Говорил он при этом с грустью, как будто не желал подобного исхода. Разве Клив так легко его отпустит? Инстинкт самосохранения подсказывал, что лучше не озвучивать этот вопрос.
– Конечно. – Я вновь согласился, на что Леон слабо улыбнулся, отступая на пару шагов.
– Прости за руку.
– Ничего. Но больше так не делай, – отшутился я.
Домой я возвращался без настроения, что не укрылось от внимания Чарли.
– Что случилось?
Не было желания делиться с ним произошедшим, поэтому я соврал, что не очень хорошо себя чувствую.
– Плохо дело. Надеюсь, это не скажется на твоём завтрашнем экзамене.
Это последнее, о чём я мог сейчас думать. Экзамен по тёмной материи потерял всю свою значимость, что было совсем некстати.
На следующий день – это была суббота – я сидел в кабинете вместе с ещё двумя одноклассниками, которые пропустили назначенную дату по болезни, но все мои мысли крутились вокруг Леона.
Вместо того чтобы настроиться на рабочий лад, я вспоминал вчерашний разговор. Так увлёкся, что не сразу заметил, как остался в кабинете один.
– Хитклиф? – В дверном проёме возникла голова мистера Авреля. – Вам персональное приглашение надо? Я жду вас у себя уже больше пяти минут. К которому часу вам было назначено?
– К двум, – с сожалением ответил я, поглядывая на настенные часы. Я пришёл раньше всех, а в итоге опоздал. – Прошу прощения.
Я торопливо направился за ним по пустым коридорам.
Радовало то, что я сдавал экзамен в одиночестве и смог избежать идиотских шуток про огнетушители и пожарные датчики. Мы вошли в просторный кабинет мистера Авреля, и он указал на отмеченное на полу место, куда следовало встать.
– Не нервничай, Готье, – добродушно произнёс он. – Уверен, что сегодня ты справишься.
Он отошёл на добрых десять шагов; это указывало на то, что не очень-то он в меня верил. Я встряхнул руки и посмотрел на противоположную стену."
"Отец и Скэриэл в меня верили.
Каждый по-своему, но оба приложили руку к тому, чтобы сегодня я стоял здесь с гордо поднятой головой. Миссис Рипли посвятила целый сеанс тому, что экзамен – это всего лишь маленький шажок в жизни и он не будет для меня значим спустя месяц. И отец не станет меня любить меньше, если я провалюсь на каком-либо из будущих экзаменов.
– У меня всё хорошо с самооценкой, – огрызнулся тогда я.
– Вас это задело, – спокойно отметила миссис Рипли.
