А если прекращу дела, тогда как?
– Уверен, вы обязательно что-нибудь придумаете, – улыбнулся Стас своей самой доброй улыбкой. – А чтобы лучше думалось, мы добавим к заказу еще один генератор. Но это все.
– По рукам!
Кошель поднялся со стула и скрепил договор рукопожатием, после чего обратил сей дружественный жест на скромно промолчавшего весь разговор коменданта.
Бульдозерист, довольный, судя по виду, результатами переговоров, встал и протянул руку… с револьвером.
Выстрел прогремел прямо в улыбающееся лицо Шуры Кошеля, раскрасив стену позади в красно-серой палитре.
Тело дернулось и, как стояло, рухнуло на пол. Остатки содержимого головы, меньше минуты назад занимавшиеся подсчетами барыша, от удара вывалились наружу и теперь медленно разбредались, подгоняемые алым течением. Улыбка не успела сойти с лица.
– Ты хорошо держался, – похвалил комендант Стаса, вынимая стреляную гильзу из барабана. – Я доволен. А этому пупу земли, – кивнул он на труп, – замена давно уже найдена. Завтра поедешь в Алатырь.
– Куда? – спросил Стас, не до конца отошедший от легкой контузии из-за грохота «карманной гаубицы» возле самого уха.
– В Алатырь, – повторил комендант. – У нас там кой-какое дело наклевывается. Будешь вести переговоры. Все, что нужно, тебе по дороге объяснят.
– Какой Алатырь? Я не собирался…
Бульдозерист загнал патрон в освободившуюся камору, вернул барабан на место и посмотрел так, что продолжать пререкания Стас счел неразумным.
– Хм, улыбается, – поделился наблюдением Берег, изучающий мимику свежего трупа.
– Черви разгладят, – ответил Бульдозерист и направился к выходу.
На улице псы раздирали тело прислужника, тут же заглатывая вырванные вместе с клочьями одежды куски мяса. Процесс этот двигался настолько спешно, что от трупа осталось уже меньше половины. Оторванные и обглоданные ноги валялись в стороне. Одна из тварей, жадно рыкая, запустила морду во вспоротый живот и выдернула оттуда часть внутренностей, добавив к окружающим, и без того тошнотворным запахам густую волну утробного смрада.
Второе чудовище, оприходовав руку, приступило к голове. Огромные клыки гадко скрипели по черепу, сдирая скальп.
– Ай вы мои хорошие, – распростер Бульдозерист объятия, умиляясь столь «пасторальной» картине.
Поводыри натянули цепи. Псы тут же перестали жрать и, заглотив оставшиеся в пасти куски, преданно уставились на хозяина.
– Отпустите. Пусть доедят.
Бульдозерист еще некоторое время полюбовался своими питомцами, после чего удостоил вниманием Стаса.
