– Еще совсем недавно, буквально пару лет назад, о таком и подумать никто не мог. Война между районами велась всегда. Она – часть нашей жизни. Передел сфер влияния – естественный и необратимый процесс, запущенный первыми поселенцами сей благодатной земли еще до моего рождения. Но это была честная война. Лицом к лицу. Стенка на стенку. Теперь все изменилось. Банды больше не сходятся в открытом бою. Налеты, засады, подкупы… Честь забыта. Не далее как вчера один из наших патрулей был расстрелян. Без объявления войны, просто так.
Под тело одного из бойцов, охранявших порядок, заложили гранату. Прежние законы, писанные нашими дедами, утратили силу. Кому, скажи, кому раньше могла прийти в голову мысль прибегнуть в споре к минометам, как к решающему аргументу? Нет, это больше не война за сферу влияния, это – война на уничтожение. И мы не можем отдать инициативу.
– А какова здесь моя роль? – поинтересовался Стас, когда Бульдозерист сделал паузу в своем «возвышенном» монологе. – Вы ведь не развлечения ради со мной заговорили.
– Ты прав, – землистого цвета кожа пошла морщинами вокруг растянувшихся губ, – развлекаюсь я иначе. Твою роль позже обсудим. А пока, для разминки, поможешь мне в дельце одном.
– Могу я узнать, что за дельце?
– Конечно. Мы сейчас направляемся в торговые ряды. Там живет и трудится в поте лица один из наших поставщиков – Шура Кошель.
– Шура? Он не местный?
– Лац, откуда-то из-под Саранска. Давно здесь обжился, лет пятнадцать уже. Нашел, так сказать, свою нишу.
Снабжает базу аккумуляторами, электрогенераторами, запчастями и еще разной, далеко не бесполезной мелочовкой. Считает себя очень важным, я бы даже сказал – неприкасаемым. Весь последний год он в этом мнении постоянно укреплялся, благодаря крупным заказам с нашей стороны. И укрепился настолько, что счел возможным насрать с горкой поверх старых договоренностей. Сейчас эта зарвавшаяся падаль открыто ведет дела с Центровыми, будучи полностью уверен в своей безнаказанности. Нужно поговорить с ним и убедить в недальновидности такого решения.
Переговоры будешь вести ты.
– Мм… Я польщен, – Стас задумчиво поджал нижнюю губу и кивнул, выражая признательность за оказанную честь. – Но боюсь, что пользы от меня будет мало.
– Почему?
– Мне не известны условия договора, я ничего не знаю о ценах и объемах сделок. Как я буду вести торг, не имея представления о средствах, которыми можно оперировать, хотя бы приблизительно?"
"– Это не проблема и не секрет.
