— И это ты говоришь человеку, который делает больно через слова? — Игорь вскидывает бровь.
— Точно, с тобой в разговорах можно плакать, как избитый мальчишка, — цыкает Юра. — И ведь лучше бы пытал.
— Я тебе скину адрес, где стукнемся.
Игорь сбрасывает звонок и медленно выдыхает.
— Это как-то стремно тремя мужиками переть на одну бабу, — откидываюсь назад.
— Куда лучше двумя бабами на одного мужика?
— И даже после всего этого… — устало потираю переносицу, — я уверен в том, что изменял жене… у меня сейчас будто раздвоение какое-то…
— Так и есть.
У тебя сейчас две реальности, Матвей. В одной ты мачо, во второй…
— Жалкое чмо, — перевожу взгляд на дорогу.
— Драматизируешь.
— А кто я? — хмыкаю.
— Мужик, в которого втрескалась сумасшедшая женщина. Слушай, есть такие, которые любимых мужей травят, — Игорь едва заметно щурится. — Реально любимых мужей отправляют на тот свет. Тебе не повезло. Не ждал, что милые и улыбчивые красавицы могут быть маньячками.
Перламутровая пуговица в кармане, как раскаленный кусочек железа.
И слова Игоря не успокаивают.
Я должен был заметить в этой гадине опасность. И даже не по отношению ко мне. И можно сказать, что мне отчасти повезло в том плане, что Ия могла навредить Аде и Лиле.
Убрать с дороги к желанной цели быть рядом со мной.
Передергиваю плечами.
И я без понятия, что будет дальше со мной, Адой и нашей дочерью, которым я не смогу сказать правды.
Потому что мне стыдно и мерзко. И я себя прежним уже не чувствую.
— Какова вероятность того, что ты у перламутровой пуговички не первый?
— О чем ты?
— Это может быть бизнесом, — Игорь постукивает пальцами по рулю.
— Я вот дядек по кустам ловлю и убеждаю их, что никто за ними не следит, а кто-то… промывает им мозги?
— Я все еще поверить не могу, что мы на серьезных щах обсуждаем подобный бред, — потираю лоб. — Это какой-то абсурд.
— А пуговица в твоем кармане говорит об обратном.
Машина заезжает во двор жилого комплекса, паркуется у детской площадки под фонарем, который зловеще подмигивает.
— Я бы посоветовал, чтобы ты сейчас взял меня с собой…
— Дай мне сыграть в ее игру, — приглаживаю волосы. — Я хочу понять, насколько она поехала крышей.
— Сам-то ты не поедешь крышей?
— Вот и поглядим.
— Через десять минут я сам поднимусь, Матвей, — Игорь смотрит на наручные часы. — Надеюсь, кровавого месива не будет, — переводит на меня взгляд, — ты сейчас в реальности?
Глава 33. Но как?
— Матвей…
Ия повисает на моих плечах, и жалобно так всхлипывает в грудь.
