— Это я тебе Игоря подогнал, — Юра вздыхает, — это мой друг, а раз с ним дружишь, то дружишь и со мной. А еще меня твоя жена попросила найти тебя и побыть рядом. Разве я мог ей отказать?
— Ада тебе звонила?
— Да. И кое-что сказала.
— Что?
— Скажу при личной встрече.
— Ты обещаешь вести себя тихо и культурно? — Игорь мягко проворачивает руль. — И следовать нашему плану без сюрпризов?
— Игорь, ты мне яйца выкручиваешь.
— Потому что я знаю, насколько тебе сейчас любопытно. Вот и выкручиваю. Но ситуация правда нестандартная, Юр.
Я думал это очередной психоз, но…
— Да сволочь ты такая.
— Такая, да, — Игорь кивает. — Я знаю, на что давить. В любом случае, с нами ты или нет, решать Матвею.
— А он в состоянии решать?
— Ну, меня же он взял с собой, хотя я ждал, что он меня убьет. У них поэтому не получилось, потому что ты слишком рационален, даже в момент истерики."
"— Что не получилось? — голос Юры аж подрагивает от нетерпения. — Матвей, не думал, что скажу это однажды мужику, но… возьми меня!
Игорь косит на меня взгляд, а я понимаю, что у меня затихает та деструктивная ярость, которая может привести к жестоким ошибкам.
Мало убить. И я не убийца.
Я юрист с рациональным мышлением, холодным разумом и достаточно истерик.
— Матвей, — Юра вздыхает, — ты знаешь, я очень злопамятный. И да, я сейчас тебе бессовестно угрожаю. Я сбежал от жены, и меня ждет скандал. И я не хочу выслушивать ее крики просто так. И кричит она громко, и бьет много посуды.
И, наверное, без Юры я бы не дорвался до отвратительной правды, которая бы уничтожила меня.
Я бы сгнил.
Посреди ночи я явился к Юре. Не в себе, и он это заметил. И не прогнал. Вызвонил Игоря, который его самого не раз вытаскивал из приступов. Такими людьми редко делятся, и почти никогда не вскрывают правду, что кукушечка периодически слетает с орбиты.
— Я буду против лишних вопросов, Юр, — тихо отвечаю я.
— Ладно, — с готовностью отвечает Юра. — Я лишние вопросы тоже часто не люблю. Буду в сторонке стоять и дружески поддерживать.
— Ага, ты так умеешь в сторонке стоять, что можно наложить в штаны, — Игорь хмыкает.
— Так нам это и надо, нет? — голос Юры становится серьезным. — Вряд ли у Матвея намечается романтическое рандеву, верно? Я атмосфере чувствую, что ситуация не располагает к свечам и лепесткам роз.
— Верно.
— Только сразу предупрежу, — Юра вздыхает. — Я против физического насилия по отношению к женщине. То есть, никаких пыток с ногтями и даже пощечин.
