Я будто не мог продраться к Наде через какие-то уже собственные стены. Чувствовал себя, как во сне. Вот же она обнимает меня, касается… а внутри что-то сжимается от страха.
ПТСР?
(Посттравматическое расстройство - прим. автора)
Скорее всего.
Я же не решал свои проблемы. Я от них бежал.
— Верес Олегович, — окликнули меня неожиданно в казалось бы пустом коридоре, и меня догнал Данил. — Здравствуйте, — кивнул он, когда я обернулся.
Мне захотелось отвернуться и направиться по своим делам, оставив его явление без внимания, но что-то ведь должно меняться.
— Здравствуйте, — выдавил я приветственное. — Как себя чувствуете?
— Благодаря вам я себя чувствую хорошо, — сдержано улыбнулся он. — И также наслышан о вашей проблеме…
— Какой именно? — невесело усмехнулся я.
— Самой свежей. — И он протянул мне мобильник, на котором было открыто фото. — Это фото сделано сегодня на пункте пропуска.
Оказалось, Надин муж уже штурмовал границу отделения. На фото он не отнимал мобильника от уха, сверкая озлобленным решительным взглядом.
За его спиной виднелась машина, у которой ожидали какие-то люди. Приехал не один. Но попасть внутрь так и не смог.
— Да, это действительно одна из моих проблем, — подтвердил я, поднимая взгляд.
— Я могу помочь. — Данил убрал аппарат.
— Как?
— У него ваша машина уже на прицеле. Как и машина жены. Я могу вам дать другую машину.
— Допустим, — осторожно ответил я. Конечно, у меня есть защита. Но пока меня найдут в случае чего, пока разберутся, всякое может случиться. Это все лишние проволочки и проблемы для Краморова, а Данил предлагает побегать более эффективно.
— Чувствуешь себя обязанным?
— Да. Благодаря вам я жив, — серьёзно ответил он.
— Хорошо. Я зайду к Краморову, потом воспользуюсь твоим предложением.
— Буду ждать на проходной.
37
Краморова в кабинете не оказалось, и найтись он не захотел. На мой звонок прислал сообщение:
«Ты хочешь поторговаться или согласишься на все?»
Я усмехнулся, стоя перед дверью его кабинета.
«Соглашусь на все».
«Я не буду наглеть.
Езжай по делам».
Если это была его задумка, в чем особо сомневаться не приходилось, то все вышло четко по его плану. Я — на поводке, и никакой договор больше не нужен. Я буду следовать договоренностям, потому что бегать самому — это одно. А бегать с Надей — другое и совсем не то, чего бы мне хотелось. Я уже не откажусь от нормальной жизни.
Данил встретил меня на проходной и повел к машине.
— Верес Олегович, позвольте добавить неофициально, — понизил он голос.
