Зря я себя недооценивал, как оказалось. Только против лома нет приема — против Высших не попрешь. Если кто-то из ведьмачьей верхушки раскрутил это все здесь внизу, Давиду точно не дадут это все закрутить.
— Тогда не лезь, я сам разберусь. И… мой ответ Высшим не изменился.
И я отбил звонок.
54
— Быстро ты соображаешь, — похвалил Краморов вместо приветствия, когда я вошел в кабинет, в котором должно было проходить вскрытие.
Тело Айзатова лежало на столе, готовое к процедуре. Я остановился в нескольких шагах, позволяя себе паузу, чтобы почувствовать, что я испытываю по этому поводу.
Краморов молчал, давая мне время."
"Нет, эта его смерть меня не радует. А это значит, что я не растерял в себе то важное, что с таким трудом берег все эти годы. Я бы справился с Айзатовым живым. Я и справился.
— Его убили ведьмаки, — тихо сообщил я. — Я им нужен. И они были уверены, что я побегу в их сторону, спасаясь от человеческой расправы.
Краморов кивнул и поднялся со стула, опираясь на трость.
— Я гарантировал своему руководству, что, если ты придешь сегодня, то ты невиновен.
Я тихо усмехнулся, не спуская взгляда с тела.
— У тебя есть право на вскрытие, — продолжил Краомров, — чтобы доказать смерть от естественных причин. Без тебя ведьмаки не научатся качественно травить, значит, скорее всего, инсценировали какой-нибудь инсульт…— добавил он с усмешкой. — И хоть здесь люди получат фору. Думаю, это все стоило усилий.
— Но это ведь не всё. — Я обернулся к нему. — Вам придется наврать, что я уже предоставил вам составы распространенных ядов, чтобы вы могли подтвердить наличие одного из них в крови Айзатова.
И доказать, что его действие временно приостановлено моим противоядием.
Краморов кивнул:
— Да, Верес, это — цена, которую тебе придется заплатить. Но, думаю, для тебя она вполне подъемная. Иначе бы ты не вернулся сюда.
— Хорошо сыграно, — усмехнулся я.
— Неплохие ставки, — утвердительно кивнул он.
— Соглашусь. И я остаюсь в отделении, и формулы ядов вы получаете.
— Верно.
— Спасибо, что сыграли эту партию, — серьёзно посмотрел я в его глаза.
— И что сделали на меня ставку.
Краморов удивленно вздернул бровь.
— Здесь я буду чувствовать себя гораздо свободнее, чем где-либо ещё, — объяснил я.
— С людьми всегда так, Верес Олегович, — усмехнулся Краморов. — Поэтому и я тоже предпочитаю оставаться с ними.
И он неожиданно блеснул жёлтыми глазами…
***Я ждала Вереса в нашем кабинете, впервые оставшись в одиночестве после известия о смерти Славы.
