Оформление документов заняло еще несколько дней, и как только все бумаги на дом оказались у меня на руках, я еще раз прошлась по своим владениям. Заглянула в каждую комнату, наполненную странным запахом неуютного одиночества, проверила гостевой дом, в который не заходила с того самого дня, как проводила уборку за любовничками, прошлась по саду, с каждым шагом убеждаясь, что это место потеряло свое очарование, и что я не смогу здесь быть такой же счастливой, как и прежде.
Кажется, и правда пришло время начинать все с чистого листа.
В тот же день, вернее в туже ночь, я сидела за компьютером и, обливаясь горькими слезами, делала объявление. Описывала плюсы, добавляла фотографии, подчеркивая самые выгодные ракурсы. Стирала, захлебываясь жалостью, и снова добавляла, понимая, что клеймо предательства с этого дома не отмыть, как не три.
И только к утру, когда на востоке уже забрезжил рассвет, я все-таки нажала кнопку «опубликовать».
Будь что будет.
Даша восприняла эту новость стойко. Мне даже показалось, что в потускневшем взгляде проскочило что-то похожее на облегчение.
Мы долго с ней говорили о том, что будем делать дальше, куда поедем, когда вопрос с домом будет решен. И сошлись на варианте, что один соседних городов нас вполне устроит. Мы обе любили море и солнце, и отказываться от этого из-за чужой подлости не собирались. Пусть будет другой курортный городишко, почему бы и нет? Купим там маленький домик, много ли нам двоим нужно? Или может, вообще возьмем квартиру…
Более детального плана у нас пока не было.
Прежде чем выбирать кое-что новое, надо было продать кое-что старое. И я подозревала, что с этим будут проблемы, особенно когда Лешенька узнает о том, что я выставила наше «гнездо» на продажу.
Так и оказалось.
Спустя неделю после появления в сети объявления и десятка визитов потенциальных покупателей, мне позвонил бывший муж и наехал с первых же слов:
— Ты что творишь, Лена?! Мне сказали, ты собралась продавать наш дом!
Ну, конечно, ему уже доложили.
Куда ж без сердобольных людей.
— Не наш, а мой, Жданов.
— Мы вместе его строили, для наших детей. Внуков! А ты…
— А я его продаю! — припечатала я, — и… тебя это не касается.
— Касается, я…
— Ты всего лишь бывший муж, который с какого-то перепуга решил сунуть нос не в свои дела. Занимайся Мариной, к нам не лезь.
Он опешил. Не ожидал, что получит такой отпор и растерялся. Потом прокашлялся и строго сказал:
— Я сегодня приеду, и мы все обсудим.
