С трудом совладав с эмоциями, я начала говорить:
— Я не знаю, что это вообще такое, но ты должна уехать. Немедленно.
Марина удивленно вскинула брови:
— Кому должна?
— Ты должна уехать, — с нажимом повторила я.
— Это он сказал? Или ты с мамочкой так решила?
— Так будет правильно.
— Да? Ну, пусть он сам мне это скажет, — рассмеялась она, кокетливо проведя кончиками пальцев по кружевному вырезу сорочки, — если захочет.
Ее веселье выбило остатки уверенности у меня из-под ног. Я вдруг ощутила себя побирушкой, пришедшей к чужому дому.
Настраиваясь на доверительный разговор с отцом, я даже не думала, что разговаривать придется с ней. Не подготовилась.
— Как ты могла, Марин? Мы же подруги, — прозвучало так жалко, что самой стало тошно.
— И что, Даш? Что теперь? Мне отказаться от планов на жизнь и перспективных отношений, которые меня полностью устраивают, ради того чтобы и дальше ходить с тобой под ручку и есть мороженку? — она развела руками, — Ты сама виновата.
Прожужжала все уши о том, какой у тебя папаня шикарный, какой замечательный. И красивый, и добрый, и сильный, и ответственный, и щедрый. Сама разрекламировала его, а теперь удивляешься, что я в него заочно влюбилась?
— Он женат! Двадцать лет!
— Согласна, застоялся мужик. По нему прямо чувствуется. Столько страсти, такой ненасытный…
Я вспомнила то, что видела в гостевом домике, представила, чем они занимались здесь, на этой широкой, расхристанной постели, и меня чуть не стошнило.
— Мне не нужны подробности!
— Зря. Отец у тебя ого-го-го, — показав два поднятый кверху больших пальца, Марина заговорщически подмигнула.
— Ты все это подстроила! Опоила его!
— Опоила? Серьезно? — рассмеялась она, прикрыв глаза ладонью, — Даш, ты как всегда неподражаема. Опоила… Я, наверное, скажу очень удивительную для тебя вещь, но мужика не надо ничем поить, если у него уже проснулся инстинкт охотника. Он сам рвется в бой.
— Какой бой? Кто ты вообще такая, чтобы ради тебя биться?
Темные глаза опасно блеснули:
— Дашунь, ты правда думаешь, что я с бухты барахты ехала? Не подготовившись? Просто приперлась и за два дня увела из семьи мужика? Я, конечно, красотка, но не настолько.
Это работа. Кропотливая и ответственная.
— Никого ты не увела! Он просто ошибся.
— Ну-ну, утешай себя, — снисходительно сказала Марина, — Тебе объяснить, как все это работает? Запросто.
