Какие ещё новости?
— Новости о том, что мой должник женился на любви всей моей жизни.
Глава 17
— Твой… должник?
Слова про любовь всей жизни я благополучно пропустила мимо ушей. Просто потому что и первая часть фразы оказалась шокирующей достаточно, чтобы меня потрясти.
Плотникова моё откровенно замешательство, кажется, основательно позабавило.
— Представь себе. Я выступаю держателем его долга. Ну, во всяком случае, большей его части, — он усмехнулся и аккуратно, будто боялся что-нибудь ненароком задеть, развёл руками.
— Можешь себе такое представить?
Нет. Я не могла. Даже в самом своём жутком кошмаре.
Толя-маньяк — странный паренёк, повсюду таскавшийся за мной и настырно, невзирая на все отказы и отповеди, добивавшийся моего внимания. Мальчик-зайчик, прилежно учившийся и дружбы ни с кем особенно не водивший. Послушный сын состоятельных родителей, который даже невзирая на этот статус, умудрялся регулярно получать на орехи и в своей престижной гимназии, и здесь, в округе.
И шпыняли его не за то, что Толик был слабым.
Он был странным. И взгляд у него всегда был недобрым.
Если с годами он и перерос юношеский образ тощего школьника-зануды, напустив на себя важный вид делового человека, то вот взгляд как был недобрым, так и остался.
— С большим трудом, — наконец сподобилась я на ответ, рассматривая его с холодящим ощущением надвигающейся беды. — Как такое вообще могло случиться?
— Да, жизнь — штука непредсказуемая. Его отец задолжал моим родителям, а с передачей всех дел мне…
— Ясно.
То есть ты теперь у руля отцовской фирмы?
Плотников кивнул.
— Поздравляю, — промямлила я.
Колени нехорошо ослабели, и мне отчаянно захотелось присесть, но и расслабляться было не лучшим, как мне казалось, сейчас вариантом.
Расслаблюсь я, когда выставлю за порог этого призрака своего прошлого.
— Благодарю. Но забот с ведением дел, честно признаться, больше, чем радостных моментов. По крайней мере, пока. Опять же, долг Громова радости не прибавляет.
Эти деньги мне сейчас очень пригодились бы в расширении семейного бизнеса. Но договор есть договор. Поэтому с нетерпением жду его первой выплаты.
В бледных глазах мелькнуло что-то хищное, плотоядное.
Рептилия, а не человек.
Я невольно поёжилась.
— Так о чём это я, — спохватился гость, не позволив мне надолго отвлечься на невесёлые мысли. — Ты и Громов… вот уж где действительно сложно поверить.
Видимо, на скорое окончание визита можно было и не надеяться.
