Это что ещё за шутки?
— Ну, знаешь. Я бы поостерёгся шутить с такими вещами. Добровольно оставаться в браке с такой вот занозой — крайне серьёзное и в чём-то даже рискованное мероприятие. Но я, знаешь, не против испытать свои нервы на прочность.
Голова у меня начинала кружиться, а сказанное воспринималось с трудом.
— Я н-ничего не понимаю…
Громов явно наслаждался моим ошарашенным видом.
— Ладно. Давай по порядку. Лисицын всё знает о нашем с тобой договоре.
Я вытаращилась на мужа:
— Ты ему всё рассказал?!
— Пришлось, Митина.
Уж извини. Но, представь себе, он и без того подозревал, поэтому для него моя исповедь новостью не стала.
— Но… зачем?
— В обмен на услугу, — загадочно улыбнулся Громов.
И рассказал о прошлом месте работы Лисицына и его обширных связях в органах. Заодно и о том, как это всё помогло уладить ситуацию с долгом.
— Компромат?.. — слабым голосом переспросила я. — И что на него удалось нарыть?
— Уверена, что хочешь знать? — ухмыльнулся Громов. — Твой ухажёр из прошлого преследовал ещё одну девушку.
Предпринял, представь себе, попытку склонить её к всякому-разному, а только потом узнал, что девчонке до совершеннолетия ещё целый месяц.
Меня замутило.
— О господи…
— Не переживай. Твоей сестре по несчастью ничего не угрожает. Чего не скажешь о репутации нашего ловеласа-маньяка.
И Громов рассказал о визите к Плотникову и своём неожиданном сотрудничестве с Лисицыным, давшем такие полезные плоды.
К концу его лаконичного рассказа я буквально онемела от обилия информации.
— Надо же, — хмыкнул Громов. — Мне в кои-то веки удалось поразить тебя до такой степени, что ты дара речи лишилась. Тишина — это, оказывается, такое сокровище…
Не было смысла оспаривать верность его слов — я действительно была поражена всем, что услышала.
А теперь понятия не имела, радоваться или расстраиваться своим перспективам."
"— Ладно… допустим… допустим, что дела сейчас обстоят действительно так. Лисицын к нам не имеет претензий, Плотников лезть к нам теперь не посмеет… Так почему же тогда ты развод решил мне зажилить? Тут что-то сильно не сходится.
— Всё сходится, Митина, — Громов оттолкнулся от двери и шагнул мне навстречу.
Проворностью я под грузом услышанного не отличалась, поэтому отреагировала лишь в тот миг, когда его руки сомкнулись на моей талии.
— Ты что… что ты делаешь?
— То, что давно должен был сделать. Ещё в день нашей свадьбы, — его глаза задержались на моих губах.
