Я не удивился – она часто звонила, особенно в последнее время, но сегодня я не был готов к разговору. Однако отклонить звонок было бы странно.
– Алло, – сказал я, приложив телефон к уху.
– Наконец-то, – её голос был раздражённым. – Адам, я звоню тебе уже несколько дней, а ты всё занят. Что происходит? Почему ты меня игнорируешь?
– Милена, не начинай, – устало ответил я. – У меня дома кое-какие проблемы.
– Проблемы? – переспросила она, в её голосе послышался оттенок недовольства. – Это из-за твоей жены? Опять она? Что теперь случилось?
Я молчал.
Объяснять что-либо казалось бесполезным.
– Адам, – продолжила она, не дождавшись ответа. – Может, у неё просто климакс? Ты подумай, это ведь возможно. Женщины в её возрасте становятся такими… как это сказать… капризными. Постоянно жалуются, из ничего делают проблему.
Я стиснул зубы, но ничего не сказал. Милена всегда говорила прямо, не задумываясь, как это может прозвучать.
– Я серьёзно, – добавила она, когда я продолжал молчать. – Вдруг у неё гормоны шалят? От этого ведь все эти странности: усталость, перепады настроения, желание… как ты сказал? Отдохнуть? Что это вообще за отговорка?
Её смех, лёгкий и неискренний, прозвучал как насмешка.
– У неё климакс, Адам, – повторила она. – Вот и всё. А ты переживаешь. Она скоро успокоится, поверь мне. Главное – не обращай внимания на её капризы. Ты же мужчина, у тебя есть свои дела. Пусть сама с этим разбирается.
Когда разговор закончился, я положил телефон на пассажирское сиденье и крепче сжал руль.
Милена могла быть резкой, но иногда её слова заставляли задуматься. Может, она права? Может, всё дело в том, что Марьям переживает возрастные изменения?
Я вспомнил её глаза в момент, когда она тихо сказала: *""Я устала.""* Это была не жалоба, не просьба о помощи, а просто факт. Но почему тогда в её словах звучала такая тяжесть?
Раньше я никогда не задумывался, что чувствует Марьям. Её забота, её работа по дому – всё это воспринималось как должное. Она всегда была такой.
Но в последние месяцы в её поведении что-то изменилось. И это раздражало меня. Не потому, что она стала хуже, а потому, что я не понимал, что именно с ней происходит.
""У неё климакс,"" – слова Милены снова всплыли в голове. Я пытался убедить себя, что это объясняет всё: её отдалённость, её резкость. Но вместо облегчения я чувствовал что-то странное. Вину? Раздражение?
Я задумался о том, какой была Марьям раньше. Молодой, улыбчивой, полной энергии.
