Леша лежит на спине, нога вывернута неестественно и рука тоже.
— Леш, как ты? Леша.
Мне приходится наклониться совсем близко, чтобы услышать сухой, хриплый шепот.
— Я двигаться не могу. Паршиво.
— Ничего, сейчас помогут.
Достаю телефон.
Вот чёрт, в погребе совсем не ловит.
— Я вылезу, Леш, и позвоню. Все будет хорошо, Леш. Тебя вытащат.
***
Я могла бы остаться наверху и там дожидаться приезда спасателей после того, как позвонила и объяснила ситуацию.
Но совесть не позволяет мне так поступить.
Спускаюсь обратно, ноги сильно дрожат.
— Пить хочешь, Лёш?
Опускаюсь на колени, сразу же ноги пронизывают сыростью и холодом.
Как же здесь холодно, ужас просто.
И мокро.
— Пить хочешь, Леш? Вот, попей немного. Я уже позвонила спасателям… Они выехали, — помогаю ему попить, понемногу вливая воду ему в рот. — Как ты так, Леш?
— Не заметил погреб. Забыл, что открыл его. Свет выбило, затрещало что-то. Я пошел и… забыл, что сам открывал этот погреб.
Про то, быль пьян Леша или нет на тот момент, я уточнять не стала.
Мне кажется, что да.
Наверное, раньше я бы непременно разахалась и упрекнула его, что сам виноват, и обязательно бы припомнила, что он в электричестве не силен, чтобы возомнить себя способным что-то починить…."
"Но сейчас он оказался в беде, и я прикусываю свой язычок.
— Ты замерз?
— Хуже последней собаки, — кашляет хрипло. — Думал, сдохну тут.
— Ага, помрешь! А как же дети?
— Они уже выросли. Дурной отец им не нужен.
— Вот дурак! Другого отца у них нет. И отец-то из тебя хороший получился.
— Но муж — паршивый. Так? — интересуется сквозь кашель.
Сейчас мне не хватает наглости сказать, что он всегда был плохим мужем.
Наверное, он был даже слишком хорошим мужем, и поэтому я не вынесла его предательства…
— Мы были хорошей парой, и не должны зацикливаться на прошлом, Леш.
— Я не хочу оставлять нас в прошлом. Неужели неясно?! — вырывается из него мучительный вопрос.
Я нахожу его ледяную руку и сжимаю пальцы, не в силах ответить ему сейчас.
Слышны голоса….
Под этим предлогом я что-то бормочу, оправдываюсь, спеша к лестнице.
Слёзы текут по лицу, слишком болезненно внутри отзываются слова бывшего мужа.
Нет, так невозможно!
Надо уехать на время….
Вот пусть Лешу вытащат, довезут до больницы, обследуют, позвоню детям…
Пусть возятся со своим отцом!
— И снова здравствуй! Эх, девочка, бедовая ты какая-то… — улыбается уже знакомый мне МЧС-ник. — Ну, что на этот раз?
— Там…. в погребе… человек лежит, — говорю с трудом.
