И вся моя жизнь в одно мгновение стала вдруг нормальной. Такой, какой я видела её в своих снах, плача в подушку, пока они не превращались в ночные кошмары."
"И оттягивала момент побега, о котором постоянно думала. Денно и нощно. Потому что радость от нормальной жизни сменялась острой нехваткой воздуха. Отсутствием свободы. И дикой, непереносимой тоской по Нему.
А спустя месяц после приезда я обнаружила себя с головой, погрузившейся не в книги, а унитаз.
Оставив всё содержимое желудка в нём, вытерев испарину со лба, я поняла, что влипла.
Влипла в Ямадаева. Чёрт бы его подрал.
Глава 20
Через пару часов сидела на крышке унитаза с тестом на беременность, ожидая, когда проявится результат. Прикрыла веки, боясь увидеть ответ на свой вопрос. Отсчитала необходимое количество секунд. Распахнула глаза, уставившись на полоски.
Две полоски.
Сердце пропустило удар. Пожар в черепной коробке выжигал все мысли. Тест выпал из пальцев. Схватилась за голову, сжимая виски, мыча что-то нечленораздельное под нос.
Смесь стона и жалобного мычания.
– Мамочки, как же я из этого выпутаюсь? Только ребёнка для полного счастья не хватало.
Устало сползла на пол, привалившись плечом к холодной стене. Выдохнула, пытаясь разобраться с собственными чувствами. Не понимала их. Внутри всё замерло. Заледенело.
Я не хотела заводить детей так рано. Куда мне ребёнок, я ещё сама не чувствую себя взрослой. Чему я смогу его научить, что смогу дать, закончив лишь школу?
Положила руку на плоский живот. Возникло дежавю, от которого мурашки побежали по коже.
Вспомнила, как Шамиль сделал похожий жест. Этот-то наверняка терзавшими меня вопросами не задавался. Ему-то уже давно пора становиться отцом.
Не позволила красивой картинке счастливого семейного счастья проникнуть в мой мозг и завируситься в нём.
– Ох, малыш, твой папаша та ещё скотина. Он намеренно это сделал. Но зачем?
Выбросила тест в мусорное ведро и кое-как выползла из ванной комнаты.
Всё можно решить абортом. Раз – и следов Шамиля в моём теле не останется.
Только от этой идеи стало как-то муторно. Гадко. Ребенок ещё не родился, даже не оформился, наверняка размером с фасолину, а я ощутила вину перед ним за такие мысли.
– Василиса.
Столкнулась на выходе с отцом, подобралась вся, напрягшись.
– Сегодня на ужин приедет Соломон. Будь с ним чуть вежливее.
На его губах дежурная улыбка. Словно я не дочь его, а работник, которого он просит поработать сверхурочно, не намереваясь платить.
