И, возможно, многое в поведении отца вызывало бы вопросы у органов опеки, но в то время игры с холодным оружием и посиделки с главарями бандитских группировок представлялись лишь весёлым досугом."
"Взгляд отца смягчился. Хватка на руке расслабилась. И он почти стал походить на обеспокоенного родителя, если бы не сказанные минутой ранее жестокие и страшные слова.
Как далеко он мог бы зайти? Прекратить финансировать мамино лечение. Или нечто похуже?
– Василиса, прости меня, я был резок. Но пойми, я многим обязан Соломону.
От него зависит наша жизнь. Ты красивая девушка, и он неровно к тебе дышит. С ним ты никогда ни в чём не будешь нуждаться.
Отец отпустил мою руку, отступая назад. А у меня в голове развязалась атомная война.
Меня хотят продать. Продать по не самой высокой цене. Я просто стану гарантией для отца, что его партнёр его не кинет.
Глава 21
Год спустя
Оторвавшись от книги, наблюдала в окно за небом в тишине университетской библиотеки. Ярко-синее, тёмное и пышущее жаром.
Отложила карандаш.
Кончик без резинки оказался изгрызен. Даже не заметила. Только на языке остался металлический вкус.
В противовес красивой природе, на душе маетно. Я так и не свыклась с жизнью в Испании. Мою душу словно привязали тонкой нитью к человеку, тянувшему туда, где он. Нить натягивалась и ранила нутро.
Истёк почти год с момента моей договорённости с отцом. Сделки, которой я пыталась выбить себе крупицу времени на свободу.
Год. Как это много и как мало.
Но это лучше, чем ничего. Точнее, чем брак с Соломоном.
Мысль о котором вызывала у меня приступ панической атаки. Стоит вспомнить его попытки прикоснуться ко мне, приобнять, как у меня закачивается воздух в лёгких. И никакой возможности сделать вздох не остаётся.
– Вась, опять грустишь? – заметила одногруппница, вытащившая меня из библиотеки и потащившая волоком на выход из здания. Горячий густой воздух ошпарил кожу, и я надела на голову кепку, спасаясь от палящих лучей.
– Да всё нормально, Нин, – отмахнулась, не желая делиться ни с кем своей печалью.
Она лишь моя, и я буду её холить и лелеять сколько посчитаю нужным. Поэтому затолкала боль поглубже и натягивала на свою мордашку беззаботную улыбку. Пока подружка не поверила.
У меня имелся план. Достаточно простой. Получить хотя бы какие-то базовые навыки выживания, помимо тех, что освоила в притонах, изучить язык и смыться от отца. Потому что я лучше отгрызу себе руку, но выберусь из капкана, чем окажусь в одной постели с Соломоном.
