Едва сойдя на берег, отправил гонца к Терсу с приказом срочно явиться ко мне в резиденцию. За свою гвардию я был уверен, хотя ничего исключать нельзя. Но я точно помнил, что Терс был в курсе всего плана, а правитель Берлина любил побаловаться с «ячменкой». Кто знает, где и когда он мог проговориться несмотря на всю свою преданность, Терс, как и Гуран, в душе оставался мальчишкой. И был второй вопрос, пожалуй, даже более важный: сколько у врага винтовок Мосина? Если у него их есть хотя бы десяток — любая наша лобовая атака обречена, нас перестреляют, не подпустив на расстояние ответного выстрела.
Глава 26. Шпион, выйди вон
Илс достиг пограничного городка Штатенгартен на восьмой день, как покинул Берлин. Столь быстрому передвижению способствовало передвижение верхом до Мехика, где с ним тепло попрощались. Сменив свою одежду на лохмотья, оставшиеся от убитых Дойчей, Илс тепло попрощался с начальником гарнизона Шрамом. Конный разъезд Русов довез его до места стоянки огромной армии Дитриха осенью — дальше его путь пролегал через земли фюрлянда.
Илс хорошо подготовился к встрече с бывшими соплеменниками: в руках был «трофейный» меч Русов, на ногах — ошметки от обуви. Рваная унифицированная форма воинов Дитриха, найденная в одном из домов в Мехике, была ему в самый раз. Ожог на месте прижигания мнимого ранения, выглядел безобразно, заставляя скорее отвести глаза. Перед самым прощанием конный разъезд вручил ему солидный кусок сушеного мяса: на этом пайке надо было протянуть три дня пути до Штатенгартена.
От фляжки Илс отказался — весной в лесу встречалось много родников и мелких озер, а наличие фляжки у сбежавшего из плена вызвало бы вопросы.
Конный разъезд скрылся среди кустарников.
Глубоко вздохнув, Илс решительно направился на северо-восток. Стараясь ступать бесшумно, он в сотый раз мысленно прокручивал свою «легенду». История его побега должна была выглядеть реалистичной и убедительной, над ее деталями он трижды говорил с самим Максом Са.
Вспомнив Великого Духа, Илс переключил свое внимание на сравнение его с королем Дитрихом.
Последнего он видел всего несколько раз, владыка не особо общался с простыми воинами. Но о его жестокости среди воинов ходили легенды. Илс и сам убедился в этом, когда осенью передал ему письмо Макса Са: ему повезло остаться в живых. Его соплеменников, к которым Макс Са отнесся человечно и отпустил, Дитрих велел повесить посреди военного лагеря. Его тогда оставили в живых.
