В прорези было видно белую сорочку со следами крови. Я все-таки достала его. Не похоже, что он злится за мою отчаянную атаку, спустит мне ее с рук? Меня охватила дрожь при мысли, что он стоит рядом с ребенком, может унести его и я не смогу помешать.
И Зверя, чтобы помочь, здесь нет. Захочет ли он помочь брату — большой вопрос. Особенно в свете новых фактов.
— Ты обещала рассказать, что покажет тест. Почему скрыла?
Я долго молчала, но решилась на правду:
— Зверь запретил говорить. Мы с трудом нашли ребенка, спрятали и не могли рисковать, — я поймала себя на том, что оправдываюсь.
— Нам угрожали, телефон могли прослушивать, ты был в тюрьме! Мне сообщили, что тебя там убили.
— Можно и так сказать, — он дотронулся до шеи.
Глава 15
— Когда меня повели на допрос, я сразу заподозрил, что пошло что-то не так. Двое, в не слишком высоких званиях. До этого меня со мной разговаривало начальство. В непривычное время.
Руслан говорил отрывисто, жестко, вспоминая, что тогда произошло. Склонился над ребенком, рассматривая каждую деталь.
Он не женщина, чтобы испытывать яркие эмоции и демонстрировать их. Лицо было каменным. Но, думаю, что-то он испытывал, глядя на свое внезапно ожившего сына.
Когда хоронил — почернел от горя.
Мне было интересно, как он выжил, и я не перебивала.
— В комнате допросов приковали к столу, хотя раньше такого не было. Я потребовал убрать наручники, привести начальство. Ноль реакции.
— Они были купленными, — вмешалась я. — Опекун Коринны купил их, чтобы тебя убили.
— Откуда ты знаешь?
— Перед этим он мне позвонил, — вынуждена была я признать.
— Он рассказал, что тебя сейчас убьют. Объяснил за что. За то, что моего отца убил. Он звонил после каждого выхода против нас, всегда пытался побольнее ударить. Прах твой прислал в урне. Вещи. Он сказал, тебя задушили.
— Если бы не ребенок, так бы и было. Просто жить захотелось, когда узнал, что он жив.
— Откуда?
— Он не только тебе позвонил. Мне тоже. После того, как меня пристегнули к столу, один подносит трубку к уху — звонил опекун твоей сестры.
Сказал, что сейчас меня казнят, что дочери Девин я не заслуживаю, и сообщил, что мой сын жив. Вроде как этим меня утешил перед смертью.
Руслан замолчал.
— И что дальше? Как ты выжил?
— Когда набросили удавку, я одного сумел достать, и на время высвободился. Второго уговорил мне помочь. Перекупил. Он освободил меня, вдвоем мы убили его напарника и кремировали под моим именем. А перед заказчиком он отчитался, что дело сделано.
