— Только не говори, что… — закончить я не успела.
Каратель шагнул вперед, выдергивая из кобуры пистолет. Выкрикивая лозунги, вскинул оружие. Он успел выстрелить всего пару раз, прежде чем охрана уничтожила его ответным огнем. Журналисты и горожане бросились с визгом прочь, а тело карателя свалилась с трибуны на камни мостовой.
Закрыв рот ладонями, я во все глаза смотрела в экран.
Сердце облилось кровью, чуть не остановилось и застучало медленно и больно. В ушах зашумело от волнения.
Девин упал за трибуну раненый.
На спину, повернув лицо в сторону зрителя. Какой-то журналист снимал его крупным планом. Вечерние новости будут горячими.
Я не знала, жив он или нет. Глаза были закрыты.
Все произошло за секунду, но для меня они растянулись в вечность.
К трибуне шагнул Руслан и наставил на тело Девина пистолет. Не сомневаясь, выстрелил контрольным в голову и бросил оружие.
Под взглядами камер он бросил пистолет и поднял руки. В него охрана стрелять не посмела.
Он сдавался."
"Трибуну взяли крупным планом, я увидела Руслана: жесткое лицо, глубокая складка между бровями, и глаза.
Бесконечно уставшие, но твердые — он считал, что поступил правильно. Даже проигрывая, утянул победителя за собой, пусть и такой ценой. Не дал над собой издеваться.
Бледный от вспышек фотокамер, он стоял, сложив за головой руки и ждал, пока арестуют.
Бокал глинтвейна я выронила на кровать, и красное вино растеклось огромной лужей, напоминая день моих родов. Если Зверь хотел порадовать меня, он просчитался.
— Вы вместе это придумали? — прошептала я, еле живая от боли. — Или это импровизация?
Зверь обнял меня обеими руками, и поцеловал в макушку. Дышал мне в волосы, успокаивая, и гладил по спине.
— Он сам так решил, — вздохнул он. — Успокойся, Лили.
Конечно, сам.
Когда мы прощались, я сразу поняла, что в таком состоянии Руслан может совершить что-то безрассудное. Он слишком многое потерял: деньги, уважение, лицо, ребенка и меня, чтобы дать Девину насладиться триумфом.
Я расплакалась Зверю в плечо.
И еще раз мысленно попрощалась с Русланом. Если бы я сразу поняла, на что он решится — убить старого врага на глазах у всего города, возможно, я бы другие ему слова сказала.
Я рыдала по себе, Руслану, маме: по всем людям, которых когда-то раздавил этот ублюдок, исчадие ада и мой отец.
— Ну, тише, тише, — прошептал Зверь. — Вот и все, принцесса. Ты стала королевой… Настоящей наследницей империи Девин.
Эпилог
Экстренные новости вышли через полчаса.
