— Схожу на кухню за мясом, — рассеянно сказала я, поставив коктейль на пол. — Сейчас вернусь.
Зверь кивнул, не отвлекаясь от разговора, а я, оставив Голди одну играть на диване, вышла в зал, полный бухающей и грохочущей музыки. Охранники направились за мной.
Ник стоял у стойки.
В расстегнутом плаще, с новой стрижкой. Он начал матереть — плечевой пояс стал шире и крепче, хотя телосложение еще осталось стройным. Музыка его не беспокоила, наверное, он только вибрации от нее чувствует.
Когда я подошла, меня кто-то толкнул сзади, от чего меня не уберег охранник, и я налетела на Ника, выставив ладони вперед.
Он заметил кольцо, глаза немного расширились.
— Привет, — одними губами сказала я. — Что случилось?
Он кивнул и начал что-то писать в телефоне. Скрывать мне нечего, и мы стояли под наблюдением клубной охраны.
Ник передал мне телефон:
«Я пришел насчет Руслана».
Глава 35
— Зачем? — спросила я.
Я считала, у нас все закончено. Навсегда. И сказать нам друг другу нечего. В конце концов, у нас была честная сделка и она не состоялась.
Ник что-то быстро писал в телефоне одним пальцем.
Я не знаю, почему стояла и ждала.
Наверное, часть моей души, которая все еще скулила в темноте, как волчица, надеялась, что ребенок жив. Надеялась на чудо. Но мы его похоронили.
«Поговори с ним. Я знаю, что ты злишься и его ненавидишь. Но ему плохо, Лили. Он не выходит из дома. Твои вещи валяются по всему дому, он их разбросал. Я не знаю, что делать. Я его таким не видел».
Я болезненно вздохнула и опустила голову.
Ника было жаль. Он любил приемного отца, и я верила, что он не знает, как быть в такой ситуации.
Но чем я могу помочь?
Я не вернусь.
— Все кончено, — сказала я беззвучно, но с четкой артикуляцией и тяжелым лицом.
Он покачал головой, и начал писать снова.
На плечо легла ладонь, за спиной раздался голос Зверя:
— Чего ты хотел, сынок?
Ник отмахнулся, по выражению лица я поняла, что он сожалеет обо всем. Своего приемного дядю он тоже любил, хотя не как Руслана. Очень выразительными глазами Ник смотрел на меня.
С болью, но не обвиняя. Словно я стихийное бедствие, которое разрушило мир в этом городе.
Я резко отвернулась и направилась к кухне.
Оглянулась — Зверь остался говорить с Ником. Не знаю, какое внушение делал.
Во мне поднимались те чувства, от которых я убежала в «Авалон». Не обращая внимания на персонал, я забрала тарелку Голди и распахнула холодильник. Выложила несколько мясных шариков из фарша.
«Ему плохо».
«Он разбросал вещи».
