Не знаю, что стало причиной — мои откровения или звонок, но Руслан не тронул меня. Минут пятнадцать сидела на полу и судорожно всхлипывала, как истеричка, прежде чем смогла сбросить туфли, и подняться.
Подергала дверь — заперто, конечно.
И потащилась по коридорам, оглядываясь. Телефон, ключи, нормальная одежда, я искала все, что поможет выбраться. От усталости уже на ногах не стояла, так что, когда увидела шикарную кровать в одной из спален, застыла на пороге. Спальня Руслана. Как потянуло прилечь…
Я подошла к гардеробной и распахнула дверцы.
Убежать в свадебном платье не смогу, нужна нормальная одежда. Руслан не святой, если водил сюда женщин, что-то могло остаться."
"Мужская одежда. Сорочки на плечиках, костюмы, внизу коробки — в гардеробной было не только чисто, но и вещи систематизированы. Подсветка и запах приятный, свежий и ненавязчивый, чтобы не звучать ненужными нотками с его туалетной водой. Вещи были такими ухоженными, что я поняла: за всем следит домработница, возможно, не одна. Ничего женского я не найду.
Я обыскала все, и устало села в кресло. Ни телефона, ничего, что могло пригодиться.
Нужно было соглашаться, когда Руслан хотел позвонить при мне. Я испугалась.
Теперь придется мучится в неизвестности, что случилось, и не из-за Зверя ли он уехал.
Я здесь, как в бункере, куда никто не войдет, кроме хозяина, и нет связи с внешним миром.
Я поднялась и потащилась в ванную. Может там есть аптечка, и я аспирин найду.
Голова раскалывалась.
Ванная была очень просторной. Кроме ванны, здесь была и душевая кабина.
Вопреки ожиданиям, изобилия флаконов не было, как в «Авалоне». Наверное, Руслан жил здесь один, не разрешал женщинам оставлять здесь вещи, и метить территорию. Закоренелый холостяк. Ему это не нужно. Любая девушка из «Авалона» мечтает с ним переспать. Мне очень повезло. Только я счастья не оценила.
Я подошла к зеркалу и взглянула, что осталось от свадебного наряда.
Прическу Руслан растерзал, развалилась почти полностью. Локоны обрамляли лицо, но сзади еще что-то оставалось.
Я выпутала из черных волос оставшиеся шпильки и ссыпала на полочку, где лежали бритвенные принадлежности. Первая пометила. Мои вещи будут лежать вперемешку с его на полках.
Я с трудом сглотнула — в горле был болезненный ком.
На запястьях остались следы, постепенно превращающиеся в кровоподтеки. Руки болели, Руслан волок меня грубо, не церемонясь. Так собак таскают за ошейник, или забирают личные вещи. Я сняла перчатки, сморщившись, они упали на пол.
