«Я ключи закину и псов прогоню с крыльца, оттого что в зимней ночи я вернее пса», – так, кажется? Но теперь, когда Развольский предал вас, я смогу вас заполучить.
– Цветаеву знаете? – непритворно удивилась Наталья. – По вам не скажешь. Выпадаете из образа, однако.
– Так каков будет ваш положительный ответ?
– Мой ответ положительно будет отрицательным. Я не буду работать в вашей фирме, Сергей Васильевич.
– Позвольте спросить, почему?
– Потому что наше сотрудничество началось бы с обмана, с подлости.
А я не люблю ни того, ни другого.
– Именно поэтому я вас и зову. Другой сотрудник вашего агентства охотно продался мне. Поэтому после того, как он выполнил свое дело, я отказался от его дальнейших услуг. Люди, способные продаться, мне не нужны.
– Вы про Володю Шведова? Смешно, я его предупреждала, что так и будет.
– Вы за него не волнуйтесь, ваш Развольский охотно его простил и взял обратно.
– Это проблемы их обоих, но никак не мои, – пожала плечами Наталья.
– Но у вас я работать все равно не буду. Вы мне не нравитесь, Сергей Васильевич.
– А вот вы мне нравитесь, Наталья Петровна. В моей команде вы смотрелись бы очень неплохо. Сколько вам платил Развольский – две штуки баксов? Я буду платить три. Жду вас завтра в десять утра вот по этому адресу.
Он швырнул на стол золотистую визитку. «Туристическое агентство «Илья Муромец» – значилось на ней.
– Я не приду завтра по этому адресу, Сергей Васильевич. Вы абсолютно зря старались.
Я не буду у вас работать.
– Что ж, видит бог, я хотел этого избежать, – мрачно сказал Развольский, доставая из кармана маленькую коробочку. – Потом не жалуйтесь. Сами напросились.
Наталья почувствовала, что у нее стало сухо в горле. «Не может же он меня сейчас просто взять и отравить, – мелькнуло у нее в голове. – Да и Ленчик дома»."
"– Вот, послушайте. Вы блюдете глупую, никому не нужную верность человеку, который недостоин целовать даже следы ваших шагов.
Я думал, что вы будете упираться, поэтому подстраховался и записал свою с ним беседу на диктофон, – сказал Муромцев и щелкнул кнопкой. Наталья вздрогнула, услышав в своей кухне знакомый, до боли родной голос Развольского. Звучал он испуганно:
– Сергей Васильевич, я думаю, что это недоразумение можно уладить. Конечно, мы не хотели наносить ущерб вашей деловой репутации…
– И как ты предлагаешь это уладить? – голос Муромцева звучал с издевкой.
