Вы с Инкой все-таки можете ошибаться, и получится страшно неудобно. Такого жуткого навета Стас мне никогда не простит."
"– А тебя до сих пор волнует, что тебе простит или не простит твой Стас? – возмутилась Алиса. – Наташ, пора уже снять розовые очки, через которые ты на него смотришь! Этот человек не принес тебе ничего, кроме горя и слез. Сколько он баб трахнул за последние полгода? И даже не старается это от тебя скрывать, хотя знает, как ты к нему относишься.
– А вот тут ты ошибаешься, – ответила Наташа, – он понятия не имеет, как я к нему отношусь.
Ему невыгодно это знать, потому что с этим знанием нужно будет что-то делать. Как-то жить. Поэтому он предпочитает искренне считать, что никаких чувств у меня к нему нет. Искренне, понимаешь?
– Я понимаю только то, что ты все время его выгораживаешь. Но сейчас речь идет о более серьезных вещах, чем перепих с секретаршей. Весь город перетирает убийства, которые произошли по вине агентства «VIP-тур». Прикинь, как всем понравится, если главным злодеем окажется его директор.
На этих словах дверь открылась и в кабинет вошел измученный Развольский. Подруги невольно вздрогнули.
– Ну кто тебя тянул за язык! Зачем ты сказала этому ужасному капитану, что Вера была беременна от меня?! – набросился он на Наталью, не обращая ни малейшего внимания на Алису, как будто ее и не было в комнате. – Они могли до морковкиного заговенья искать ее неведомого любовника. Ты хоть понимаешь, что меня ждет, если об этом узнает Ирина или, не дай бог, ее папаша?!!
– Стас, – Наталья говорила решительно, что немало обрадовало Алису.
– Верочка умерла. По сравнению с этим совершенно неважно, что подумает твоя Ирина. Все мелкие страсти, которые ты считаешь такими важными, на самом деле ничто. Прах. Извини, но мне не пришло в голову врать следствию. Тем более что в поисках убийцы может помочь каждая мелочь.
– Ага. Мою разрушенную семью и возможную потерю бизнеса ты называешь мелочью. Что ж, это неоспоримо доказывает, что какая-то маленькая шлюшка, которая охотно раздвинула передо мной ноги, не думая о последствиях, для тебя гораздо важнее меня и моих чувств!
– Остановись, Стас, – тихо попросила Наташка.
– Остановись. Ты потом будешь жалеть об этих словах, но изменить что-либо будет уже невозможно. Поэтому не говори их. Не надо.
– Ты мне, кажется, угрожаешь? – Красивые брови Развольского недоуменно поползли вверх. – И что ты сделаешь, если я скажу что-нибудь не то? Уволишься? Так это вряд ли.
