Разоблачающие статьи появлялись все реже, а общественный интерес к ним и вообще угас.
Седовласый красавец Развольский, как и ожидалось, великолепно смотрелся на телеэкранах, говорил проникновенным голосом, сводящим с ума женскую половину городского населения, часть которой тут же бежала в агентство – «на этого мужика посмотреть, себя показать».
Здесь в них вцеплялась Наталья и ее менеджеры, так что полный бойкот, за время которого «VIP-тур» не продал ни одной путевки, все же сменился пусть и тонким, но неуклонно нарастающим ручейком клиентов.
Раздавая немыслимые скидки, «VIP-тур» уже отправил за границу около двадцати туристов, и часть из них успела целыми и невредимыми вернуться обратно.
Последние две недели Наталья работала как проклятая. Вечерами она приходила домой и буквально падала на кровать. Она даже не смогла в субботу вырваться на еженедельные посиделки с подругами, хотя Алиса напряженным голосом приглашала заехать для какого-то важного разговора, да и Инка намекала, что ей есть что рассказать.
– Это касается «VIP-тура» и статей в газетах? – прямо спросила Наталья и, получив отрицательный ответ, сказала: – Позже, Ин. Ты не сердись, но у меня клиенты пошли, надо ковать железо, не отходя от кассы. Как назло, ни от кого помощи нет. Развольский по интервью ездит, щеки надувает, и на большее его уже не хватает. Володя в последнее время проявляет просто чудеса бестолковости. Уж не знаю, то ли я его перехвалила, то ли кто-то сглазил, то ли просто у парня личные неприятности. А Верочка наконец-то вышла на работу, но у нее все время глаза на мокром месте.
– Ладно, – мрачно ответила Инка, – позже так позже.
Во время этого разговора Наталью царапнуло какое-то смутное предчувствие, но она отмахнулась от него, как от назойливой мухи. Дел было невпроворот – не до предчувствий.
В среду, вынырнув из круговерти первоочередных дел, она обнаружила, что пошел снег.
«Конец октября, пора… – с тоской подумала Наталья, потягиваясь у окна в своем кабинете. – Может, оно и к лучшему. Уж больно неудачная в этом году приключилась осень.
Хочется надеяться, что зима окажется лучше».
Отойдя от окна, она направилась в приемную, чтобы попросить скучную Анечку (кратковременный роман с шефом закончился, и по этому поводу девица пребывала в некоторой мерихлюндии) сварить ей кофе, но передумала.
«Пойду в гостевую, там попью, а заодно переговорю с Верой, – решила Наталья. – В конце концов, не дело, что она постоянно плачет. Может, ей помощь психотерапевта нужна.
