Твоя — у меня дома…В этом квартале никто не облажался, — и ты увидишь бонус к следующей зарплате за ТБ в своей платежной ведомости.
— Мило… — Саманта постаралась добавить оживления в голос. — Пожалуй, я прикуплю тогда новый мотор на лодку. А ты что собираешься делать со своими денежками?
— Я прошлую премию растрынькал на себя. Теперь — очередь Алеты. Она, скорее всего, потратит все на рождественские подарки, хотя ей мечталось заполучить новую швейную машинку. Возьму несколько дополнительных смен и в любом случае куплю ей эту штуковину.
Пока они шагали к пристани, Саманта увидела ""Саванну"", пришвартованную в ближайшем доке. У каждого причала стояли баржи. Две из них сидели высоко в воде — их разгрузка была почти завершена, но Саманте все равно предстояло в этот день много работы. Докер, которого она сменила, подписал ей все бумаги, и зевая на ходу, пожелал удачи. Саманта прошлась по причалу, проверяя, чтобы все швартовы были закреплены надлежащим образом.
Увидела Алана на другой стороне, помахала ему рукой: вдвоем они наблюдали за перекачкой продукции с двух нефтеналивных барж. Насосы, соединяющие эти суда с терминалом, качали без передышки, и не дай бог, если хоть самая малость нефти попадет в воду! — тогда здесь будет большой аврал. Сэм скрестила пальцы наудачу, загадав, что все пройдет отлично.
После нескольких часов беспокойного сна, Сэм проверила телефон. Ни одного нового сообщения… Она спала в той же футболке, что дала ей Джен, когда она ночевала у нее.
Саманта все еще носила эту вещь под рабочим комбинезоном — как напоминание о том, что прошедшая неделя была взаправду. ""Интересно,"" — подумала она, уныло бредя по причалу, — ""Эта футболка останется единственным доказательством произошедшего?""
У Алана была любимая присказка: ""…как мартышка с пригоршней лезвий…"" Это сравнение наилучшим образом описывало состояние Сэм.
Она чувствовала себя точно дикое, неконтролируемое животное, вырвавшееся на волю, нарушившее все запреты… Сэм была не в состоянии справиться с собой. И самая ужасная истина состояла в том, что она и не хотела с этим бороться.
Джен стояла под горячим душем, позволяя его струям смывать слезы, что катились из ее глаз с той минуты, как она открыла их утром. Накануне, когда ей удалось, наконец, заснуть, ее сон был полон видений.
