Под его оценивающим взглядом она приняла независимый вид и одернула полы куртки с эмблемой РХБЗ. Но спрятать свои аппетитные ножки на шпильках ей не удалось.
– Вас это не касается, – с небольшой задержкой проговорила она в ответ на его слегка фривольное замечание.
– Тогда вперед, на подиум, сударыня, – скомандовал Садовский.
Ошалевшие от неожиданно подаренной им свободы люди разбегались кто куда. Но наиболее осторожные старались держаться поближе к нам, поскольку мы были вооружены. Самые пронырливые успели обчистить часового, которого снял мой друг, и, прихватив с собой его оружие, скрылись.
Садовский махнул рукой Леме, но тот отказался последовать за ним.
– Я их задержу, – сказал он сверху и похлопал ладонью по магазину пулемета. – Они уже проснулись и позавтракали. Теперь придут убивать.
Побудка в монастыре сопровождалась беспорядочной стрельбой. Бандиты заметили разбегающихся из колизея заложников и открыли по ним огонь. Появились первые раненые. Но на них никто не обращал внимания – каждый был озабочен только собственным спасением.
Страх гнал обезумевших людей вперед, прямо под пули. Они почему-то бежали к фуникулеру.
С трибуны по бандитам заработал пулемет – Лема затеял с ними ожесточенную перестрелку. Это позволило нам, как говорят военные, используя складки местности, скрытно выдвинуться в сторону опушки леса, где начиналась горная тропа и где, судя по всему, мы должны были встретитьтся со Спокойным. За нами увязалось еще несколько человек, и в их числе моя дурища.
«Тебя нам только не хватало», – зло подумал я.
На подходах к колизею тем временем завязался настоящий бой. Боевики действовали слаженно и в считаные минуты взяли его в полукольцо. Другой очаг сопротивления возник возле фуникулера, где сгруппировались заложники – на все про все у них был один автомат и, кажется, два пистолета, которые они успели прихватить с собой. Расположившись за камнями, мы с Садовским попытались прикрыть отход Лемы. Но бандиты успели отсечь его от нас и теперь расстреливали колизей с трех сторон.
Пулемет замолк, но точас раздалась автоматная очередь. Лема яростно сопротивлялся. Но он был обречен: даже взяв его живым, террористы не простили бы ему отступничества.
Боевики были настоящими профессионалами – через пять минут они блокироовали все входы и выходы из колизея и подорвали канатную дорогу. Большая часть заложников снова попала в их руки; тех же, кто был пойман с оружием, они прикончили на месте.
