А я подумаю, поддаваться или нет… Только вот вопрос мой звучал ни разу не игриво, я вспомнила, зачем ко мне приходили Лесные, и решила попытать счастья у принцев, наверняка что-то знают про это пророчество.
М-да… Чем дальше в лес, тем толще партизаны… Больше всего, конечно, поразил вот этот вот финт с выбором без выбора. И закралась такая нехорошая мысля, особенно при воспоминании, что бормотали Лесные, когда в гости зашли… Значит, братья решили не делить меня, наплевав на право Ниалоны выбирать мне жениха? Она, значит, типа должна делать этот выбор без выбора? Ну-ну, конечно.
В голове как щелкнули пальцами: и слова доктора всплыли, про то, что мне что-то мешает до конца принять этот мир… Не-э-э, если сейчас озвучу возникшую догадку по поводу пророчества, меня же… меня тут же начнут убеждать со всех сторон сделать именно то, чего ждут и Лесные и братья! Эм, а я не знаю, готова или нет, насколько мне это надо, и вообще, как жить с двумя мужиками?! Это надо обдумать, и серьезно, в тишине и спокойствии, без раздражающих факторов в лице двух симпатичных братьев.
"
"В стремлении спрятать ошеломительную идею я забылась настолько, что когда начала размышлять вслух про ситуацию, удобно прислонившись к груди Йена, снова спросила Оллера про Ниалону и ее способность накладывать проклятия. А ведь игру в вопросы и ответы с интересными условиями никто не отменял, и я должна ему желание! Он подошел и остановился рядом с креслом, где сидели мы с Йеном.
– Знаешь, чего я хочу? – мягко улыбнулся Олли, и кожу закололи сотни иголочек, столько предвкушения было в его голосе и улыбке.
Ммамочки! И куда это он смотрит, охальник?! А руку куда тянет?! Однако моя тревога резко переросла в замешательство, когда палец Темного медленно провел по перекинутой через плечо разноцветной косе. Так, Эрин, дорогуша, и о чем это мы мечтаем, а? А потом еще говорим, что принцы слишком много думают всякого неприличного! На себя посмотри, скромница моя, ага.
Когда в груди закололо, осознала, что перестала дышать, и резко выдохнула, а Олли тем временем озвучил просьбу:
– Расплетись, пожалуйста. Тебе лучше с распущенными волосами.
Уф, да не вопрос. Мысли, кыш! Разобравшись с косой, поспешила вернуться к размышлениям на основе рассказанного Йеном и Оллером. В процессе совершенно машинально начала теребить прядь. Светлый мягко пресек издевательство над волосами, сжав мои руки, и еще легонько поцеловал в висок.
