В этой правой была зажата граната «Ф-1». Без кольца. Кольцо было надето на торчащий в неприличном американском символе средний палец. Когда успел – чёрт его знает, ну прям факир, мать его так! И встал так ловко – спиной ко всем, гранату видел только я.
– Держи колечко, родной мой, – задушевно предложил Вася, медленно увлекая Руслана к «Ниве». – Держи и улыбайся. Это наше с тобой дело, твоих родных совершенно не касается…
Руслан взял предложенное колечко и с окаменевшим лицом продолжал двигаться в танце с Васей, приближаясь к «Ниве».
Трое под навесом всё бросили, развернулись к нам, уставились с любопытством. Аксакал тоже оторвал зад от скамейки, вытянул шею. Пока никто не понял, что происходит.
– Руслан, мы ничего против тебя и твоей семьи не имеем, – тихонько сообщил я, шагнув к милой парочке. – Но мы хотим уйти отсюда живыми. Если ты сейчас поедешь с нами, никто не пострадает. Мы выедем за село и сразу тебя отпустим. Я тебя прошу – веди себя смирно, или мы умрём все вместе…
Аксакал что-то спросил – в голосе его слышалось недоумение.
Руслан, обернувшись, ответил – довольно спокойно, типа, нормально всё. Аксакал сел обратно, но продолжал глазеть. Надо учить чеченский – пригодится…"
"– Вася, перестань его обнимать, это уже становится неприличным, – прошептал я, открывая правую дверь «Нивы» и откидывая сиденье. – Он умный, никуда не денется. Он знает, каков радиус поражения, и отдаёт себе отчёт, что его родные не успеют укрыться от гранаты. Кроме того, он уверен, что мы не ограничились гранатой и у нас для него есть сюрприз… Я прав, Руслан?
Руслан безмолвно кивнул.
В глазах его плясали огоньки растерянности, приправленные солидной порцией гнева. Ух, как бы он нас сокрушил, будь его воля!
Аксакал опять что-то спросил. Вася сунул руку с гранатой за пазуху и перестал обнимать Руслана. Руслан обернулся ко мне и с дрожью в голосе поинтересовался:
– Что в мешке?
Ух, какие мы любопытные! Тут сейчас сына со двора сведут, как краденого жеребца, а нас всё балабас интересует!
– В мешке тряпки, одна штучка и два кило всякой дряни, – невозмутимо соврал я, доставая из кармана рацию и многозначительно взвешивая её в руке.
– Кило пластита, кило подшипников и радиовзрыватель. Жму на кнопку – и привет семье. Если мы благополучно уедем за село, я дезактивирую станцию и отдам её тебе. Ты едешь с нами?
– Еду. – Взгляд Руслана померк, гнев закономерно перетёк в тупое отчаяние. – Конечно, еду… Что сказать отцу?
– Скажи, что это оборудование, для дела.
