– Нам не нужен никто из ваших, мы сами в состоянии добыть такую информацию. Ты никого не предашь, сдав нам нашего же стукача. Да об этом никто и не узнает. Если ты заметил, мы действуем несколько… неофициально. Не будет никакого расследования. Этот стукач в тот же день умрёт. Понимаешь – несчастный случай…
– Я его имя нэ знаю. – Ибрагим тяжко вздохнул и покачал головой. – Толка лицо видел. Он приходит, кушаит, пьёт, сидит проста. Или приходит, сидит на кухня кабинет, где ты был, другой заходыт, с ним гаварыт. Или гаварыт, на, передай Другу пасилка.
Мой пацан едит, передаст другой чэлаэк. Тот – другой чэлаэк передаст. Или другой чэлаэк – разный всякий, приезжаит, забираит… Вот так…
– Опиши его. Как он выглядит, в чём ходит, на чём ездит, кто с ним бывает?
– Мужжик, мой возраст. – Ибрагим развёл руками. – Такой. Круглый, да… Бываит с ним разный – такой, как он, да… Инагда щтатский мащина, инагда – военный, разный номера, нэ помню, многа всякий. Волосы мала – башка как калена, как это… лисина или плещ, что ли, называитса…
Полковник испустил едва слышимый стон.
Вася – простая душа, не удержавшись, оценил информацию:
– Ну ни куя себе…
– Держи. – Костя, как ни в чём не бывало, достал из кармана свой «Кенвуд» и протянул Ибрагиму. – Твой позывной – Шашлык. Запомнил?
– Шащлык. – Ибрагим взял станцию, повертел, рассматривая. – Шьто делат?
– Ничего не делать. – Костя пожал плечами. – Как только этот стукач появится, выйдешь на меня – частоту я тебе дам, и скажешь: «Шашлык готов, можно приезжать». По твоей тематике, безопасно, никто ничего не заподозрит.
Мы подъедем незаметно, рисоваться возле «Азамата» не станем, пройдём через задний двор. Всё понял?
– Понял. – Ибрагим сунул станцию за пазуху – Петрушин, негодяй, при обыске оторвал ему все карманы куртки. – Никому нэ гаварыт?
– Почему? – Костя усмехнулся. – Можешь всему Грозному рассказать, твоё дело. Как часто этот круглый у тебя бывает?
– Раз нэдэля – точна бываит. Кагда тры дня, кагда пят…
– В общем, так, – Костя встал с табурета и потянулся, – мы тебя не сдадим – резону нет.
Ты, самое главное, сам себя не сдай. Напомню – это дело нашей личной безопасности, от этого зависят наши жизни. Поэтому, если в течение десяти дней от тебя не будет никаких известий… извини, но мы вынуждены будем сделать то, о чём я тебя проинформировал. То есть сделать тебя кругом предателем. Всё – сейчас тебя замаскируют в кузове, отвезут обратно и тайком высадят где-нибудь в развалинах. Удачи…
* * *Глебыч ночевать не приехал.
