Ее взор был устремлен на Степана, который продолжал загадочно улыбаться, молчать и смотреть на нее сверху вниз.
— Степка, ты какой-то странный, — неуверенно улыбнулась Ядвига, — Что-то стряслось? Нам нужно вернуться домой? С Емелей все в порядке? Ну, что же ты молчишь!
— Успокойся, — пробормотал Степан, его руки скользнули с талии выше, прошлись по открытым плечам, замерли на тонкой шее. Большие пальцы рук чуть касались уголков губ девушки, поглаживали, точно стремились внушить покой.
— Постараюсь, — выдохнула Ядвига.
— И громко не кричи, — пробормотал Степан. Склонившись, оставил легкий поцелуй на кончике носа девчонки, а потом выпрямился.
Точно по команде вокруг засуетился народ. Торопливо, профессионально, было сразу видно, что своим делом этот самый народ занимался сутками напролет.
И только сейчас Ягушка увидела, что они с Ажуровым стоят в центре небольшого шатра, украшенного цветами и прозрачной тканью. Странный мужчина в разноцветной рубашке снисходительно смотрел на них. Рядом с широкой улыбкой на губах сновала неизвестная женщина.
Именно она протянула Степану венок из местных цветов.
— Я подумал, что взять тебя в жены на закате — мечта моей жизни, — ласково говорил Степан, осторожно надевая венок Ядвиге на голову. — Решил, что ты не сможешь мне отказать.
— Кружачик, очнись, — прошептала Ядвига. — Мы уже женаты и даже венчаны. Ты в себе?
— Знаешь, нет, не в себе, — хмыкнул Ажуров.
Его руки спустились с волос девчонки, и крепкие и уверенные пальцы нашли тонкие и капельку подрагивающие.
Нашли и спеленали, обжигая теплом и нежностью.
— Я как встретил тебя, так и понял — вот это чудо, оно мое, понимаешь? — тем временем говорил Ажуров, а где-то совсем близко раздалось тихое пение на непонятном Ягушке языке. Но мелодия была чудесной, волшебной, сказочной. И, кажется, Ядвига не смогла сдержать слез.
— Вторая моя свадьба и все приготовления мимо меня, — всхлипнула Ягушка, но на ее лице расцвела улыбка. — Ты в белом. А не мне сарафан в цветочек. Я сейчас в обморок грохнусь.
Кто из нас невеста? Думаешь, это истерика? Сам виноват!"
"Степан вновь поцеловал Ядвигу, прекращая поток фраз.
— Скажи, Ядвига Петровна, ты будешь любить меня до последнего вздоха? Потому что я-то от тебя не отстану. Буду любить вечность и еще столько же. Любую тебя. Разную. Каждый день, — вновь раздавшиеся слова Степана звучали уверенно и категорично, точно он не оставлял ей выбора. Да Ягушка и не собиралась его искать, выбор ей не нужен.
