Соболев нервно почесал затылок, прислушиваясь к мерным ударам ложки о тарелку и счастливому чавканью пацана. Люба шуршала вещами в спальне. Нет, ну невозможно просто…Так воняет умопомрачительно…
В парадке что ли подождать? Интересно, а пирожки остались…? А вдруг пацан сейчас последний доедает???
Сергей тяжело сглотнул…
Перед глазами мелькнула пара красных кругов. Невыносимо просто…Не-вы-но-си-мо…
Вдохнув отравленный воздух ещё раз, Сергей плюнул на всё и наступил правым носком на левый задник, торопливо избавляясь от кроссовка.
В конце концов, скромным пирожки не достаются. И съедобные, и не очень… Перед глазами с голодухи плыло. Уверенной тяжелой поступью, чтобы не сбить собственный настрой, Соболев прошагал за Вознесенской в спальню. Решительно толкнул дверь и вперил горящий взгляд в Любину задницу, хозяйка которой в это время, наклонившись над кроватью, складывала в спортивную сумку какую-то кружевную тряпочку. Вознесенская подпрыгнула от резкого звука распахнутой двери и, развернувшись, приложила руку к своему пышному бюсту.
Светлые брови удивленно поползли вверх при виде нахохлившегося, будто в атаку собравшегося Соболева.
— Серёж, ты чего? — растерянно поинтересовалась Люба.
— Жрать я, Люб, хочу, — облизнулся и твердо добавил, — Очень. Корми.
* * *Первое, что заметил Сергей на уютной Любиной кухне, был ошалевший взгляд её сына. Пацан так и застыл с поднесенной к открытому рту ложкой, пялясь на ввалившегося в помещение гостя. А Серега по характерному свекольному цвету жидкости, колыхающейся в Санькином столовом приборе, понял, что это борщ.
В животе так утробно заныло, что Соболев всерьез испугался, что это слышно всем. Правда, по лицам присутствующих было не понять. Санька был сражен самим фактом появления соседа у него дома, а Люба отвлеклась на то, что засуетилась по хозяйству.
— Садитесь, Сергей Иванович, — указала пальчиком Вознесенская на пустой стул рядом с Саней, с ходу при сыне перейдя на уважительное ""вы"".
Загремела чистыми тарелками, вставая на носочки и невольно привлекая внимание Соболева к своей заднице.
Ах, Люба…Сергей мечтательно покосился на крутые и, он теперь уже точно знал, идеально мягкоупругие Любины ягодицы, и быстро отвернулся, почувствовав, что Сашка за ним следит.
— Здорово, Санек, — Сергей протянул парню руку, но тот и не думал пожимать.
— Вы как тут, дядя Серёж? — вместо этого недобро процедил мальчишка и продолжил сверлить Соболева исподлобья такими же ореховыми как у матери глазами.
