Я делаю паузу при звуке моего имени то, как она сказала это своим милом голоском, который ничем не отличается от колыбельной. Мне даже не нравятся голоса людей в большинстве случаев. Некоторые из них высокопарны, другие низки, а большинство чертовски раздражают.
Однако в ее голосе есть правильное количество сладости и мелодичности. Правильное количество мягкости и парализующего ужаса.
Я смотрю на нее.
— Что прекратить?
— Что бы ты ни делала.
— Даже если тебе нравится то, что я делаю?
— Я сомневаюсь, что мне понравится все, что ты делаешь.
— Уверена в этом? — Мы останавливаемся возле небольшого озера, и Глиндон замирает.
Ее попытки бороться давно забыты, так как она смотрит на озеро перед нами.
Сотни крошечных желтых точек освещают деревья и сияют на поверхности воды с эффективностью маленьких ламп.
Пока она наблюдает за светлячками, я наблюдаю за ней.
Я задыхаюсь от того, как расслабляются ее плечи и приоткрываются губы. И то, как ее глаза отражают желтые огни, словно зеркало.
Они сияют, ярче, быстрее, и я не думаю об этом, пока достаю телефон и делаю снимок.
Память об этом моменте ощущается как потребность, а не как простое действие. Это не импульс, это гораздо хуже.
Она даже не обращает внимания на вспышку, все еще увлеченная светлячками.
— Они такие красивые. Не могу поверить, что я не знала об этом месте.
— Это собственность нашего университета.
— Ты приводил сюда своих жертв?
— Так вот кто ты теперь, моя жертва? Мне это нравится. И нет, сюда я прихожу, когда хочу побыть один, так что ты первая.
— Я во многом первая.
— Меня это тоже удивляет. Тебе нравится?
— Нравится.
— Я же говорил, что понравится. Я полагал, что художница оценит мрачную красоту природы.
Наконец-то она сосредоточилась на мне.
— Откуда ты вообще знаешь, что я художница?
— Я много чего о тебе знаю, Глиндон.
Почему? Чего ты хочешь?
— Я много чего хочу. О чем именно мы сейчас говорим?
— Ты привез меня сюда. У тебя должна быть какая-то цель.
— Я же сказал тебе, чтобы ты мне доверяла. Я подумал, что это место тебе понравится.
Ее глаза превратились в щели.
— И это все? Ты не собираешься делать ничего смешного?
— Что для тебя смешное?
— Тот факт, что ты вообще спрашиваешь, означает, что собираешься сделать что-то.
— Я просто рассматриваю свои варианты. —Я сажусь на край причала, свесив ноги, достаю сигарету и прикуриваю.
Глиндон подходит ко мне, но останавливается и отмахивается от дыма.
