Постукивание моих пальцев становится все интенсивнее, но я останавливаю себя от того, чтобы перекинуть ее через плечо.
Я сказал ей, что больше никогда не позволю ей думать о самоубийстве, но в этот момент я провоцирую её.
И хотя это может быть гнев, я не хочу, чтобы она действовала в соответствии с этими эмоциями.
Не сейчас. Никогда.
— Садись в машину, —ьповторяю я с напряжением, достаточным для взрыва страны.
— Я сказала...
— Я знаю, что ты, блядь, сказала. Я отвезу тебя к частному самолету и проинструктирую пилота, чтобы он отвез тебя обратно в Лондон.
— Ты... действительно позволишь мне вернуться одной?
— Я не хочу, но позволю.
Потому что впервые я ненавижу то, как она смотрит на меня. Это не страх, не раздражение или вызов.
Это отвращение, смешанное с гневом.
И я не готов узнать, выполнит ли она свою угрозу.
Я просто дам ей немного времени, чтобы остыть, прежде чем последовать за ней.
Она смотрит на меня подозрительно, но забирается в машину.
Во время всей поездки она скрещивает руки на груди и смотрит в окно, отказываясь произнести хоть слово.
Я тоже не провоцирую ее, предоставляя ей все необходимое пространство.
Как только она закончит свою истерику, она отыграется сполна.
Мы ждем час, пока самолет и экипаж будут готовы. Все это время она вставляет в уши наушники и игнорирует мое существование.
За один час я столько раз был близок к убийству, что это больше, чем в любое другое время в моей жизни.
Глиндон не смотрит на меня, когда поднимается в самолет, кажется, что она забыла о своем страхе перед полетами.
После того, как я убедился, что экипаж защитит ее своей жизнью, я нехотя спускаюсь и смотрю, как самолет уносит ее.
Я ударяю кулаком по боку машины.
Это не изгоняет ярость, бурлящую в моих венах. Пора выплеснуть ее на того ублюдка, который послал ей это видео.
Глава 36
Ашер
Что-то не так.
Я не знаю точно, что и почему, но я уверен, что это тревожные сигналы, когда моя жена обхватывает меня руками, ее дыхание неровное, а тело напряжено.
Ее пальцы рассеянно гладят мою грудь, но она не засыпает. Или разговаривает.
Она просто впала в транс. Фаза, в которой я не смог бы найти ее, даже если бы попытался.
Это навевает ужасные воспоминания о том, как она обходила меня стороной, отдалялась от меня и оставляла меня в порыве агрессии, когда все, чего я хотел, — это ударить все, что движется поблизости.
Но мы прошли этот этап. Уже более двадцати шести лет.
