Не смогу, Лера… Не оставляй меня…
— Та семья, — я наконец подаю голос, — осталась в прошлом, Рома.
Он бледнеет.
— В прошлом, — повторяю я. — И если нам строить семью, то уже другую. Новую семью."
"— И в этой семье, Рома, — мой голос всё же вздрагивает горькими слезами, — не должно быть места тайнам, недомолвкам.
Я делаю паузу и на выдохе продолжаю:
— В ней должна быть та любовь, которой, увы, у нас до сих пор не было. Мы любили лишь маски друг друга… Я не та, которой ты меня знал, а ты не тот, которым был… Мы жили в спектакле… Та Лера, которую ты знал все эти годы брака, не пришла бы, Рома, — слабо улыбаюсь, — но я сижу тут.
И… не хочу, чтобы со мной был рядом старый Роман… Мне нужен настоящий Роман, который не прячется под иллюзией хорошего мужа. Это была не забота, Рома, а трусость.
Закрывает глаза.
— И твоя трусость привела к тому, чему привела, — я не моргаю, и лицо Романа расплывается за пеленой слез, — и есть ли у тебя сейчас смелость, чтобы принять второй шанс, м?
Можно простить и уйти, оставив позади себя руины прошлого, но можно бок о бок вновь построить очаг, камешек за камешком, а из пепла прошлого нам придётся замесить бетон, который скрепит основание.
— Останься, — Роман не отрывает от меня лихорадочного взгляда. — Останься. Прошу, останься. И я докажу тебе, что у меня есть силы вновь сделать тебя счастливой.
По его телу прокатывается сильная дрожь:
— Вас сделать счастливыми, девочки мои... Я буду за вас бороться, а без вас я... я... погибну.
А есть ли у меня смелость поверить Роману?
Есть ли у меня смелость теперь жить другой собой? Но ведь и прежней Лерой я теперь не буду.
Наивная и по-девичьи глупая женщина я осталась в прошлом.
Я теперь знаю цену предательству, любви, одиночеству и прощению. Она велика.
— Лера… — Роман прижимается к правой коленке горячей щекой и выдыхает как в полубреду, — моя Лера…
Глава 61. Потерять весь мир
В доме у Ромы просторная светлая кухня из белого дерева и молочного мрамора.. Окна выходят в сад.
Весной и летом, наверное, в саду будет красиву.
Подношу стакан с водой к губам, глядя на голые кусты у дорожки, выложенной круглым камнями и гадаю, что что это.
Наверное черная смородина.
— Лера…
Я уже не вздрагиваю от голоса Романа. Последние глотки воды, и я отставляю стакан.
Вряд Алина и Варя сейчас спят. Они, конечно, безропотно послушались меня и пошли в кровать, чтобы досыпать последний сладкий час сна, но, вероятно, сидят сейчас на одной кровати и ждут, что будет дальше.
