прямо на его губы, которые произносят очень близко от моего лица:
- Я люблю тебя. Люблю так давно, что уже почти привык к невзаимности. И к тому, что ты раз за разом не давала нам ни единого шанса узнать друг друга получше, пока я не стал твоим начальником. Но теперь я верю, что это стечение обстоятельств.
Смотрю на него потрясeнно и не могу поверить в то, что услышала. Он сказал, что любит меня. Он меня любит! Значит, Котов с Лебедой не соврали и не приукрасили прошлое, как я опасалась!
- А теперь ответь мне.
.. - Бояров нежно отводит волосы с моего лица в сторону, но вместо резонного вопроса о том, взаимны ли его чувства на этот раз, спрашивает совсем другое: - Феечка из страны чудес случайно не моя дочь?
Я судорожно сглатываю.
- Случайно... твоя.
И сразу же вижу, как ноздри Боярова слегка раздуваются. Как будто новостью его садануло прямо под дых... и как если бы он спрашивал, не особо веря в положительный ответ.
- Откуда такая уверенность?
- Та ночь в клубе... - голос дрожит, но я заставляют себя продолжить через силу: - Она была единственной, подходящей по срокам.
После нее у меня н-никого не было.
- А до неe? - уточняет Бояров с парадоксальным сочетанием нежности и безжалостности в голосе.
- До неe... - я запинаюсь от неловкости. - До неe у меня были месячные.
Между нами повисает задумчивое молчание, наполненное каким-то новым, трогательным смыслом.
- Дочь... - произносит Бояров, с явным удовольствием смакуя это слово. - У меня есть дочь. От тебя.
Какой же я идиот, Алeнка! Давай, скажи мне... Вася, ты идиот.
- Э-э... - я смотрю с легкой опаской, не понимая, что на него нашло.
- Проблема настойчивости и максимализма не обошла меня стороной, - криво улыбается Бояров. - Надо было давно поговорить с тобой откровенно, но... видишь ли, я всегда был болезненно гордым малым. Особенно когда дело касалось тебя.
- Сейчас по тебе этого и не скажешь, - с сомнением тяну я.
- Ну, скажем так, я хорошо поработал над собой. Семь лет назад вернулся сюда из Италии и решил сменить роль вечно угрюмого серьезного парня на что-то более позитивное.
Говорят, нет лучше защиты от токсичности социума, чем вовремя сказанная шутка. Наглядный результат этого утверждения сидит сейчас прямо перед тобой.
- Ты говорил, что семь лет назад мы встретились в подъезде...
Бояров коротко вздыхает. Ему определенно не хочется вспоминать этот момент, и всe же он это делает. Ради меня. Господи, как же приятно...
